Во-первых, Беларусь пока имеет недостаточный опыт в сфере существования частной собственности и ее недостаточное развитие.
Во-вторых, у нас еще достаточно сильна и даже превалирует патерналистская роль государства, что, кстати, подтверждают недавние события.
В-третьих, наши граждане еще не привыкли к тому, что от них что-то зависит, в том числе в управлении хозяйственными обществами. Заметим, что многие акционеры, работающие на акционированных предприятиях, по-прежнему ощущают себя именно в роли наемных работников, а не совладельцев.
В-четвертых, нет достаточных гарантий равенства и защиты права собственности, особенно частной, несмотря на наличие специальных норм в статьях 13 и 44 Конституции. По-прежнему госсобственность не только превалирует в общем объеме собственности, но и имеет преимущества в смысле гарантий и защиты. Конечно, можно рассуждать по принципу "все вокруг колхозное, все вокруг мое", но частная собственность уже доказала свою эффективность, и это следует признать.
Можно назвать еще ряд причин, но то, о чем сказано выше, на наш взгляд, - основное.
Причина и следствие.
К сожалению, такая ситуация приводит к тому, что участники хозяйственных обществ, особенно открытых акционерных обществ (ОАО), и прежде всего те, кто относится к категории миноритариев, зачастую выступают в роли статистов и не влияют на результаты деятельности этих обществ, не могут надлежащим образом защитить свои права и т. д. В последнее время для Беларуси стала актуальной также проблема рейдерства, то есть незаконного захвата контроля над хозобществами.
Все это понуждает государство принимать меры к усилению гарантий прав участников хозобществ. И нужно сказать, что уже существуют определенные механизмы, прежде всего, предусмотренные в законодательстве о хозяйственных обществах. Как представляется, к таковым следует отнести следующие:
- довольно детальная регламентация процедур общих собраний и компетенции других органов управления;
- кумулятивное голосование;
- наличие таких понятий, как "аффилированные лица" и "крупные сделки", особый порядок их совершения;
- раскрытие информации о деятельности хозобществ;
- возможность обжалования решений и взыскания ущерба;
- ответственность членов органов управления;
- принудительный выкуп акций (долей) и др.
Что касается свода правил корпоративного управления, утвержденного приказом Минфина, то он носит рекомендательный характер и вряд ли активно используется.
Миноритарии: защита прав или ущемление интересов?
Вероятно, в связи с указанными обстоятельствами (и не только из-за них) государство в очередной раз озаботилось указанной проблемой.
Сегодня в парламент внесены уже два законопроекта, направленных в том числе "на защиту прав миноритарных акционеров". Это проекты законов "О внесении изменений и дополнений в Закон "О приватизации государственного имущества и преобразовании государственных унитарных предприятий в открытые акционерные общества" и "О внесении дополнений и изменений в некоторые законы Республики Беларусь по вопросам хозяйственных обществ".
Законопроекты предусматривают два основных института, касающихся указанных проблем.
В первом законопроекте это так называемый институт владельческого надзора, во втором - институт акционерных соглашений.
Институт владельческого надзора заключает в себе два основных момента.
Первый. В акционерных обществах, созданных в процессе преобразования, 50% и менее акций которых принадлежит Республике Беларусь и (или) административно-территориальной единице, представители государства голосуют на общем собрании акционеров также голосами, принадлежащими миноритарным акционерам, включенным в списки лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и не прошедшим в установленном порядке регистрацию для участия в этом общем собрании.
Второй. В акционерные общества, созданные в процессе преобразования, акции которых не принадлежат Республике Беларусь и (или) административно-территориальным единицам, областными исполкомами, Мингорисполкомом могут назначаться государственные представители, которые имеют право присутствовать и голосовать на общем собрании акционеров голосами, принадлежащими миноритарным акционерам, включенным в списки лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и не прошедшим в установленном порядке регистрацию для участия в общем собрании.
Госпредставители также могут приостанавливать исполнение решений общего собрания акционеров по вопросам ликвидации, реорганизации, изменения размера уставного фонда, внесения изменений в устав, распределения прибыли акционерного общества, выпуска дополнительных акций, выплаты дивидендов, создания других юридических лиц или участия в них, в случае если реализация этих решений противоречит общественной пользе и безопасности, наносит вред окружающей среде, ущемляет права и защищаемые законом интересы других лиц.
В месячный срок со дня закрытия общего собрания, исполнение решения которого приостановлено, исполкомы, назначившие госпредставителя, должны обратиться в хозяйственный суд с иском об отмене приостановленного решения. При этом исполнение такого решения приостанавливается со дня принятия решения и до вступления в силу решения суда по иску.
Однако представляется, что, несмотря на благородство провозглашенных целей указанного института, введенного "в целях защиты прав и свобод граждан Республики Беларусь, включая миноритарных акционеров", государство необоснованно и вопреки конституционным и иным нормам законодательства, гарантирующим право собственности и его защиту, на деле пытается ограничить эти права, предоставив чиновникам право принимать решения за граждан.
Кроме того, возможность приостановления чиновниками исполнения целого ряда важнейших решений акционерных обществ, в сущности, означает возврат к ситуации, аналогичной существованию отмененного еще в 2008 году института "золотой акции".
Благими намерениями...
Помимо перечисленных обстоятельств, означающих необоснованное вмешательство государства в отношения собственности, необходимо также иметь в виду следующие обстоятельства:
- указанные признаки (общественная польза и безопасность, вред окружающей среде, ущемление интересов граждан) могут трактоваться слишком широко и применяться по усмотрению чиновников;
- представители государства будут иметь право приостанавливать решения по вопросам, зачастую не имеющим прямого отношения к указанным признакам (ликвидация, реорганизация, изменения устава, распределение прибыли и др.);
- обращение органов, назначивших государственных представителей, в суд с иском об отмене приостановленного решения предполагается в месячный срок со дня закрытия общего собрания. При этом исполнение решения собрания приостанавливается со дня его принятия до вступления в силу решения хозяйственного суда по иску соответствующего органа. Учитывая также сроки осуществления судебных процедур, деятельность акционерного общества может быть парализована на значительный период времени. В итоге оно может понести серьезные потери. При этом, как следует из проектов, ответственность государства и его представителей за такие действия не предполагается.
Кроме того, неясны пока и критерии, при наличии которых суды будут отменять такие решения (критерий целесообразности?).
Можно привести и другие доводы в обоснование того, что такое решение не только нарушает права, в том числе тех, кого вроде бы пытаются защитить, но и отрицательно скажется на инвестиционном климате и инвестиционном имидже страны. Хотя, с другой стороны, в Палате представителей второго чтения ожидает довольно прогрессивный проект закона об инвестициях с высоким уровнем гарантий прав инвесторов.
Акционерное соглашение - легальная защита.
В связи со сказанным введение института акционерных соглашений представляется как раз шагом в нужном направлении. Такой институт уже работает в ряде стран, в том числе в Российской Федерации. При этом под акционерным соглашением, согласно проекту закона, признается договор "Об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) об особенностях осуществления прав на акции".
При этом на собрании акционеров акционеры могут договориться голосовать определенным образом, согласовывать вариант голосования с другими акционерами, приобретать или отчуждать акции по заранее определенной цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств - воздерживаться от отчуждения акций до наступления определенных обстоятельств. Также они вправе согласованно осуществлять иные действия, связанные с управлением обществом, деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общества.
При этом акционеры обязаны информировать хозобщество о заключении ими такого соглашения до проведения общего собрания (принцип прозрачности). В свою очередь, акционерное общество обязано раскрыть для иных акционеров информацию о заключении такого соглашения, включая сведения о сторонах такого соглашения и количестве принадлежащих им акций.
Более того, ОАО может раскрыть такую информацию для всеобщего сведения через СМИ или путем ее размещения на сайте общества в объеме и порядке, определенных уставом или локальным нормативным актом общества.
Очень важно, что, поскольку акционерное соглашение представляет собой гражданско-правовой договор (хотя имеются определенные нюансы и споры в отношении отдельных позиций), споры, вытекающие из него, решаются в судебном порядке.
Также необходимо иметь в виду, что акционерным соглашением могут предусматриваться вытекающие из него способы обеспечения исполнения обязательств, а также меры гражданско-правовой ответственности за их невыполнение. Проект закона не содержит указания на такие способы, но это могут быть те способы, которые прямо предусмотрены в ГК РБ, а также иные способы, не противоречащие закону. В качестве таковых, например, может быть предусмотрено право другой стороны (сторон) на преимущественную покупку акций нарушителя.
Вместе с тем необходимо подчеркнуть (и это четко прослеживается в судебных решениях других стран), что акционерное соглашение не может противоречить нормам актов более высокой силы (законам и даже уставам АО). Также в случае, если они будут нарушать общие принципы гражданского права, они будут признаны незаконными.
К примеру, акционерным соглашением нельзя изменить кворум для проведения собрания. А Федеральный верховный суд Германии, признав законным предусмотренное соглашением право преимущественной покупки акций, признал незаконным предусмотренный этим соглашением метод определения цены, поскольку этот метод приводил цены к уровню намного ниже рыночных.
В принципе, в ряде стран такие соглашения квалифицируют как институт простого товарищества, что не лишено резона. Вероятно, судебная практика сможет со временем ответить на некоторые спорные вопросы в отношении указанного института.
Пока же отметим, что введение этого института способно, на наш взгляд, стать действенным и вполне легальным инструментом защиты прав участников хозобществ (в отношении ООО и ОДО это будет договор об осуществлении прав участников), основанным не на воле госчиновника, а на свободном волеизъявлении участников.
