Около 23 тысяч белорусских детей состоят на учете как находящиеся в социально опасном положении. Это потенциальные претенденты на статус "нуждающиеся в госзащите", который подразумевает внесудебное отобрание детей у родителей - ноу-хау, введенное президентским Декретом № 18 "О дополнительных мерах по государственной защите детей в неблагополучных семьях".
К счастью, не все дети из так называемых неблагополучных семей попадают в приюты, но очень многие. По состоянию на 1 октября 2012 года на учете как "нуждающиеся в госзащите" состояли 1.672 ребенка. То есть ровно столько детей за отчетный период (январь - сентябрь) государство посчитало нужным временно забрать у родителей и поместить в приюты.
Холодильник ни при чем.
Легко ли попасть в черный список неблагополучных семей? Да. Беспорядок дома, пустоват холодильник, чадо попалось на улице в "комендантский час" - и вот уже школа вправе взять вас на карандаш. До отобрания с этого момента еще далеко, но педагоги наверняка обрисуют вам такую перспективу.
С этими претензиями согласны в Генеральной прокуратуре. Как признала начальник отдела по надзору за исполнением законодательства о несовершеннолетних и молодежи Генпрокуратуры РБ Дарья Лебедева, принимавшая участие 22 ноября в круглом столе "АиФ" о практике применения Декрета № 18, критерии "неблагополучия" чрезвычайно широки.
"Отсюда на практике и возникают проблемы, когда какой-то беспорядок в жилом помещении уже является основанием для того, чтобы признать семью находящейся в социально опасном положении, - говорит Д. Лебедева. - Более четкие критерии дадут нам возможность избегать передергивания на практике".
Первый пункт Декрета № 18 гласит: "Дети подлежат государственной защите и помещению на государственное обеспечение в случае, если установлено, что родители (единственный родитель) ведут аморальный образ жизни, что оказывает вредное воздействие на детей, являются хроническими алкоголиками или наркоманами либо иным образом ненадлежаще выполняют свои обязанности по воспитанию и содержанию детей, в связи с чем они находятся в социально опасном положении".
Вот это "иное ненадлежащее выполнение родительских обязанностей" тоже смущает работников прокуратуры. В нынешнем понимании ненадлежаще выполнять свои обязанности - значит не обеспечивать безопасность ребенка, режим питания, обучение. "Хотя вообще говорить о том, что можно обеспечить безопасность каждого человека, - это неправильно, - заметила Д. Лебедева "не как прокурор, а как человек". - Это жизнь. Я не имею в виду учреждения образования".
Кроме того, о невыполнении родительских обязанностей идет речь, если ребенок совершил административное правонарушение или преступление до наступления возраста привлечения к ответственности. Логика ст. 9.4 КоАП такая: раз ребенок преступил закон, а чтобы отвечать еще мал, значит, должны ответить родители, потому что плохо его воспитали. Если же несовершеннолетний в таком возрасте, что по закону сам отвечает за преступление (за разные виды преступлений ответственность может наступать с 14 или 16 лет), то с родителей ответственность снимается, и качество воспитания уже как бы не оценивается.
В свете 18-го Декрета такие формулировки порождают путаницу. "Тоже странность: если несовершеннолетний сам, а не его родители, привлекается к ответственности, то мы не говорим о ненадлежащем воспитании. Такой парадокс", - констатирует Д. Лебедева.
При формальном усмотрении в положении ребенка того или иного "неблагополучия" родителей могут оштрафовать. "Но виновен ли родитель? - задается вопросом представитель Генпрокуратуры. - Мы же отлично понимаем, что ребенок может совершить правонарушение, даже если семья благополучная, заботится о нем. Но это обстоятельство при решении вопроса не учитывается".
Все перечисленные недостатки законодательства нашли отражение в поправках, которые Генпрокуратура собирается представить в Совмин до конца года.
Детальную проработку законодательства поддерживают и представители общественных организаций. "Есть очень конкретная проблема - жестокое обращение и неудовлетворение нужд ребенка, только в этих случаях государство должно вмешиваться в жизнь семьи, - подчеркивает директор представительства Международного детского фонда в Беларуси Ирина Миронова. - Во всех остальных родители имеют право воспитывать детей так, как считают нужным".
Отобрать нельзя оставить.
Но обсуждение на круглом столе велось шире этих проблем. "Кто такие неблагополучные родители? - поставила вопрос И. Миронова. И сама же на него ответила: - Это люди, которые выросли в таких же условиях, которые не знают другой жизни и не понимают, чего от них хотят контролирующие органы".
То есть отобрание детей у них - абсолютно неэффективная мера. Даже если мама-алкоголичка вымоет пол и купит продукты к приходу комиссии, то такое "исправление" ненадолго. И повлиять на ситуацию можно только при помощи долгой, целенаправленной работы волонтеров: вникать в проблемы семьи, уговаривать, совестить, помогать. У специалистов это называется семейно-ориентированный подход.
По закону, в приюте временно отобранных детей могут держать только полгода. После этого их надо либо возвращать в семью (если она уже "исправилась"), либо лишать родителей прав. На практике в 60-80% случаев детей возвращают (а вскоре порой снова забирают в приют). Что это значит? Либо то, что отбирали без достаточных оснований (иначе как родители могли в такой короткий срок стать "благополучными"?), либо то, что воссоединение происходит, несмотря на нерешенные проблемы. В первом случае - преступление, во втором - профанация.
В Генпрокуратуре все же уверены, что забирать детей по Декрету № 18 необходимо. "Поверьте мне, решения об отобрании принимаются не с кондачка, - убеждает в том, что это крайняя мера, Д. Лебедева. - Я как надзорный прокурор сотни таких семей видела. Это страх. И если оттуда не забрать ребенка, это гибель для него".
Тем не менее с профанацией воспитательных мер прокуроры не спорят. И спрашивают мнение общественников: а что делать? Когда следует возвращать ребенка, если отобрание было обоснованным? Через 9 месяцев, через год? И где ребенку жить все это время, ведь больше полугода держать его в приюте нельзя. Представители Международного детского фонда предлагают на время реабилитации помещать такого ребенка в приемную семью, если биологические родители "демонстрируют определенный прогресс". Да и вообще можно было бы обойтись без приюта, сформировав институт дежурной приемной семьи.
"Прекрасное предложение", - согласилась Д. Лебедева и предложила общественникам выступить с такой законодательной инициативой. Но предупредила, что это потребует много сил и времени.
Впрочем, даже при самом щадящем подходе детям не избежать психологических травм, связанных со сменой дома. "Плохие", но родные родители - приют - приемная семья - опять родная - слишком большая нагрузка для психики ребенка, который всегда стремится к маме.
И вроде бы все взрослые, ответственные за принятие решений, это понимают, но как быть - не знают.
