Причем с учетом возможного создания в стране единой адвокатуры в дальнейшем их судьбу могут разделить юристы-хозяйственники.
Как известно, в настоящее время Минюст разрабатывает правила профессиональной этики адвокатов. При этом в них планируется установить неоправданно жесткие требования (например, согласование адвокатами публикаций и заявлений, связанных с оказанием юридической помощи, с заведующими юрконсультациями либо с председателем президиума соответствующей коллегии).
Как минимум здесь есть два замечания. Во-первых, такие правила должно разрабатывать и утверждать само адвокатское сообщество как саморегулируемая организация.
Во-вторых, как такие требования соотносятся, например, с частью четвертой ст. 17 Закона "Об адвокатуре", согласно которой адвокат при осуществлении своей профессиональной деятельности пользуется свободой слова в устной и письменной формах в пределах, определенных задачами адвокатуры и положениями настоящего закона?
Далее в статье говорится о том, что высказывания адвоката, затрагивающие честь и достоинство стороны, ее представителя, обвинителя или защитника, свидетеля, потерпевшего, эксперта, переводчика, не нарушающие Правил профессиональной этики адвокатов, преследованию не подлежат.
Вспоминаются некоторые эпизоды из моей юридической практики. В свое время ко мне обратились с просьбой прокомментировать постановление правительства Беларуси от 31 декабря 2008 г. № 2070 "О некоторых мерах, направленных на повышение роли и качества работы юридических служб". Я высказал мнение, что юристами должны работать высокоморальные люди с особенными чувствами справедливости, ответственности и достоинства.
Ведь само слово justice означает "справедливость", и, обращаясь к нам, юристам, люди прежде всего ищут эту самую справедливость. Более того, я считаю, что профессия юриста сродни таким профессиям, как учитель, врач, священник, психолог и т. д.
В принципе, эти выводы подтверждает и законодательство. Например, ст. 96 Кодекса РБ о судоустройстве и статусе судей говорит о том, что квалификационный экзамен на должность судьи проводится "в целях оценки уровня профессиональных знаний, умений и навыков лиц, претендующих на занятие должности судьи, их деловых и морально-психологических качеств". Одним из требований к судье Конституционного суда РБ ст. 91 того же кодекса называет высокие моральные качества претендента.
Особые требования предъявляются Законом "Об адвокатуре" к лицам, претендующим или занимающим должности адвокатов. Хотя, на мой взгляд, особым требованиям должны соответствовать все юристы, поскольку на них возлагается огромная ответственность, прежде всего по обеспечению прав и свобод граждан.
При этом самым высоким стандартам должны соответствовать юристы госорганов, поскольку от их позиции зачастую напрямую зависят гарантии и защита этих самых прав. Однако на этих людей зачастую оказывается огромное психологическое давление и им довольно часто приходится выбирать между законом, справедливостью и мнением начальника, от которого зависят работа, зарплата, а иногда и дальнейшая судьба (особенно при нынешней контрактной системе найма). Это давление бывает очень тяжелым, и выдержать его сложно.
Есть еще одно важное обстоятельство. Законодательство, как правило, содержит защитные меры в отношении юристов, особенно судей. Так, в главе 6 Кодекса РБ о судоустройстве и статусе судей для них определены такие гарантии, как независимость, несменяемость, неприкосновенность и др.; глава 4 закона об адвокатуре посвящена гарантиям адвокатской деятельности; есть специальные гарантии для работников прокуратуры и др.
Но ведь эти гарантии недостаточно провозгласить, их нужно обеспечить. А обеспечение зависит от двух сторон: государства в лице его органов и самих субъектов этих гарантий. Так вот, на мой взгляд, именно государство должно подавать в этом пример. Однако, мягко говоря, делается это далеко не всегда.
Мне вспоминается заседание президиума правительства, состоявшееся в сентябре 1992 года, на котором в связи с моим назначением на должность начальника юридического управления аппарата правительства меня представил и поздравил занимавший тогда должность премьера В. Кебич. А уже через полчаса я стал свидетелем поразившей меня ситуации: при обсуждении одного законопроекта министр обвинил моего подчиненного в том, что вместо того чтобы оказать помощь в доработке законопроекта, тот якобы разработал альтернативный проект: вместо справки мы предложили несколько иную редакцию некоторых норм.
Мои доводы в защиту подчиненного не были восприняты: от меня, а также от управляющего делами (в то время руководителя аппарата правительства) потребовали освобождения этого сотрудника от работы в связи с нарушением служебной этики. К счастью, ситуация разрешилась: сотрудника не уволили и после моего ухода в Конституционный суд он занял мое место. Сегодня это доктор наук, профессор, председатель одной из судебных инстанций страны и, по моему мнению, один из самых талантливых юристов Беларуси.
В дальнейшем мне еще несколько раз пришлось выслушивать от премьера упреки в том, что я либо мои сотрудники не выполняют каких-то поручений либо отказываются визировать документы. В конце концов я обратил внимание премьера на то, что основная задача юридического управления - обеспечивать законность принимаемых решений, и поэтому мы должны визировать только то, что соответствует закону. К счастью, премьер как разумный человек все понял и подобных претензий к нам больше не было.
Стать судьей Конституционного суда (мне повезло быть в составе рабочей группы по разработке проекта Конституции 1994 г.) было моей мечтой, хотя уже тогда я понимал, что этот труд будет не из легких. Не буду детально описывать проблемы, с которыми нам пришлось столкнуться. Отмечу лишь, что большинство моих коллег с честью выдержали испытание первопроходцев: по большому счету, нам не стыдно смотреть в глаза людям, хотя, конечно, в чем-то упрекнуть нас можно. И пусть после референдума 1996 г. мы ушли в отставку без положенного по закону пожизненного обеспечения, мне кажется, что никто из ушедших об этом не жалеет, поскольку живет в ладах со своей совестью.
Эти примеры я привел для того, чтобы показать: принципы и идеалы нужно уметь отстаивать. Иногда это крайне сложно, иногда страшно, но в конечном счете нужно понимать одно: стоит один раз сдаться, отступить от закона, от принципов - и ты не заметишь, как станешь шагать "в ногу" со всеми, в то время как именно ты должен задавать и ритм, и направление движения. Особенно это опасно в условиях, когда в стране высок правовой нигилизм, а уважение к закону, к праву так и не стало нормой жизни каждого человека.
