Иррациональность нового финансового энтузиазма

В мае и августе приступы эскалации торгового и технологического конфликта между США и Китаем заставили нервничать фондовые рынки и привели к снижению доходности облигаций до рекордно низких уровней. Но это было тогда, а сегодня финансовые рынки в очередной раз испытывают пьянящее головокружение.

Котировки американских и других акций устремились к новым высотам, и даже начались разговоры о потенциальном бурном всплеске (melt-up) их стоимости.

Эйфория на финансовых рынках вызвана желанием не упустить шанс «рефляционной» торговли ценными бумагами в надежде на то, что недавнее глобальное замедление темпов роста экономики сменится в 2020 году ускорением этих темпов и более устойчивой инфляцией (что поможет росту прибылей и стоимости рискованных активов).

Объяснение смены настроений. Внезапный переход от сброса рискованных активов к их покупке объясняется четырьмя позитивными событиями.

Во-первых, весьма вероятно, что США и Китай достигнут соглашения «первой фазы», которое, по крайней мере временно, остановит любую дальнейшую эскалацию торговой и технологической войны между ними.

Во-вторых, несмотря на неопределенность, связанную с выборами в Великобритании 12 декабря, премьер-министр Борис Джонсон как минимум сумел заключить предварительное соглашение с ЕС о «мягком Брексите», поэтому вероятность выхода страны из Евросоюза без соглашения значительно снизилась.

В-третьих, США продемонстрировали сдержанность в отношении провокаций Ирана на Ближнем Востоке, потому что президент Дональд Трамп понимает: хирургические атаки против этой страны могут привести к полномасштабной войне и резкому всплеску цен на нефть.

И, наконец, Федеральный резерв США, Европейский центральный банк и другие крупные центральные банки сыграли на опережение геополитических проблем, занявшись смягчением монетарной политики. В условиях, когда центральные банки в очередной раз пришли на помощь, даже незначительные проблески в экономике, например стабилизация в промышленном секторе США и устойчивость роста в секторе услуг, а также потребительских расходов, стали восприниматься как предвестники возобновления глобального экономического подъема.

Мировые проблемы. Тем не менее многое свидетельствует о том, что с мировой экономикой не так уж все хорошо.

Во-первых, судя по последним статистическим данным из Китая, Германии и Японии, замедление темпов роста экономики продолжается, хотя и стало менее интенсивным.

Во-вторых, хоть США и Китай могут договориться о перемирии, продолжение разрыва связей между двумя экономически крупнейшими странами мира почти неизбежно ускорится после американских выборов, которые пройдут в ноябре следующего года. В среднесрочной или долгосрочной перспективе лучшее, на что можно надеяться, – это то, что назревающая холодная война не превратится в горячую.

В-третьих, хоть Китай демонстрирует воздержанность в своей борьбе с народным восстанием в Гонконге, ситуация в городе ухудшается, что повышает вероятность силового подавления в 2020 году. Среди прочего, военный ответ Китая может привести к краху любого торгового соглашения с США и стать шоком для финансовых рынков, а кроме того, он может подтолкнуть Тайвань в руки тех сил, которые выступают за независимость острова (а для Пекина это красная черта).

В-четвертых, хоть вариант «жесткого Брексита», возможно, потерял актуальность, еврозона испытывает углубляющиеся проблемы, не связанные с предстоящим выходом Британии из ЕС. Германия и другие страны, обладающие определенным бюджетным пространством, продолжают сопротивляться требованиям начать политику стимулирования экономики. Хуже того, новый председатель ЕЦБ Кристин Лагард, скорее всего, будет неспособна обеспечить существенно больше монетарных стимулов, поскольку треть членов Совета управляющих ЕЦБ выступают против даже нынешнего раунда смягчения.

Помимо проблем, создаваемых старением населения, ослаблением спроса в Китае, а также затратами на выполнение новых стандартов выбросов парниковых газов, Европа остается уязвимой еще и перед регулярно повторяемой угрозой Трампа ввести импортные пошлины на немецкие и другие европейские автомобили.

Кроме того, экономически ключевые страны Европы, в частности Германия, Испания, Франция и Италия, переживают политические затруднения, которые затем могут привести к затруднениям в экономике.

В-пятых, поскольку организованные США парализующие санкции против Ирана стали сегодня одной из причин уличных бунтов в этой стране, иранский режим может не увидеть для себя иного выбора, кроме как продолжить разжигание нестабильности в этом регионе для увеличения издержек подхода, выбранного Америкой.

На Ближнем Востоке уже царит беспорядок. Массовые протесты начались в Ираке и Ливане, причем последняя страна является фактическим банкротом, ей грозит валютный, долговой и банковский кризис.

В условиях нынешнего политического вакуума в Ливане поддерживаемая Ираном «Хезболла» может решить напасть на Израиль. Много новых рисков возникло после вторжения Турции в Сирию, включая риски для поставок нефти из иракского Курдистана. Не видно конца гражданской вой­не в Йемене. А в Израиле сейчас отсутствует правительство. Весь регион превратился в пороховую бочку. Ее взрыв может спровоцировать нефтяной шок и новый приступ избавления от рискованных активов.

В-шестых, центральные банки приближаются к пределам своих возможностей в части поддержки экономики, а применение бюджетных мер сдерживается политическими причинами и высокими долгами. Да, конечно, монетарные власти могли бы прибегнуть к еще более нетрадиционным мерам (а именно – к монетизации бюджетного дефицита), если произойдет новый спад, но они не будут этого делать до тех пор, пока новый кризис не станет достаточно суровым.

В-седьмых, во многих странах усиливается популистская контр­атака на глобализацию, международную торговлю, миграцию и технологии.

В нисходящей гонке на выживание все больше стран могут начать принимать меры по ограничению движения товаров, капитала, труда, технологий и данных. Новейшие массовые протесты в Боливии, Чили, Эквадоре, Египте, Франции, Испании, Гонконге, Индонезии, Ираке, Иране, Ливане вызваны различными причинами, но все эти страны испытывают экономические трудности, в них растет политическое недовольство неравенством и другими проблемами.

В-восьмых, крупнейшим источником неопределенности могут стать США под руководством Трампа. Внешнеторговая политика Трампа под лозунгом «Америка – прежде всего» грозит разрушением того международного порядка, который США вместе с союзниками создавали после Второй мировой войны.

В Европе выражают обеспокоенность тем, что НАТО находится в коматозе, а США при этом провоцируют, а не поддерживают своих азиатских союзников – Японию и Южную Корею.

Что касается ситуации внутри США, то начатая процедура импичмента приведет к усугублению политического тупика и агрессивного противостояния между двумя ведущими партиями, а некоторые демократы, претендующие на номинацию в президенты от своей партии, выступают с такими политическими программами, которые заставляют нервничать финансовые рынки.

Перспективные риски. Наконец, еще больше ущерба и перебоев в работе экономики могут принести с собой среднесрочные тенденции: демографическое старение в развитых и развивающихся странах неизбежно сократит потенциальные темпы роста экономики, а ограничения миграции будут лишь усугублять эту проблему.

Изменение климата уже причиняет значительный экономический ущерб, поскольку экстремальные погодные явления становятся все более частыми, опасными и деструктивными.

И хотя инновации в технологиях могут в долгосрочной перспективе увеличить общий размер экономического пирога, сначала искусственный интеллект и автоматизация уничтожат или радикально изменят рабочие места, компании и целые отрасли, усугубляя неравенство, которое и так уже находится на высоком уровне.

Когда бы ни начался следующий серьезный спад в экономике, выяснится, что высокий, и растущий, частный и государственный долг является непосильным, и это спровоцирует волну беспорядочных дефолтов и банкротств.

Оторванность финансовых рынков от реальной экономики становится все более ярко выраженной. Инвесторы с удовольствием сосредоточили внимание на ослаблении некоторых краткосрочных рисков неожиданных событий (так называемые хвостовые риски) и на том факте, что центральные банки вернулись к политике монетарного смягчения.

Тем не менее фундаментальные риски для глобальной экономики сохраняются. И более того, в среднесрочной перспективе они на самом деле усугубятся.

Copyright: Project Syndicate, 2019. www.project­syndicate.org