Бизнес на фотографии: есть ли будущее?

Диверсифицировать деятельность проще, чем работать в неравных условиях, созданных государством. О том, как заработать, когда спрос на фотоуслуги падает, и что мешает справедливой конкуренции, рассказал генеральный директор ЗАО «Вилия» Лев Карпач.

— Лев Николаевич, можно ли стабильно зарабатывать на фотографиях, если сегодня у каждого в кармане лежит не только фотоаппарат, но и видеокамера в виде смартфона? Насколько востребованы сторонние фотоуслуги сейчас и каковы перспективы этого вида деятельности?

— Вообще фотография будет вечной, ведь это искусство. Несмотря на то как будут совершенствоваться технологии, фотография все равно останется, потому что она пишет историю. А если будет фотография, то будет и потребность в фотоуслугах. В каком объеме и ассортименте, это другой вопрос.

Да, с появлением гаджетов объем заказов у нас упал, но сохраняется спрос на такие услуги, как фото на документы. Сейчас на них приходится более 50 % в нашем портфеле. Есть спрос на реставрацию фотографий и оцифровку видеоматериалов. Появляется спрос на новые услуги. Сегодня клиенты приходят и говорят, что набрали семейный архив, но не могут систематизировать, выбрать фотографии. Из этого мы делаем вывод, что в ближайшей перспективе будут востребованы систематизация и создание домашних архивов.

Признаюсь, пока на фоне слабого платежеспособного спроса населения выручка в нашем бизнесе сокращается. В кризис человек отказывает себе в путешествиях, не всегда может пойти фотографироваться. Впрочем, в послевоенные годы фотография тоже стоила дорого, но люди находили возможность и заказывали ее, чтобы потом повесить на стену, так сказать, писали историю. Сегодня эта мода понемногу возвращается, что обнадеживает.

Куда больше нас волнует заявление МВД о том, что паспортные столы сами будут делать фотографии на документы. Мы считаем, что каждый должен заниматься своим делом. У МВД есть задача бороться с преступ­ностью. Мы платим налоги, чтобы содержать сотрудников этого министерства. Поэтому не нужно им заниматься коммерческой деятельностью в бытовом обслуживании.

— Каковы ваши планы по развитию предприятия? Возможно, есть резон расширить бизнес в сельской местности, в которой сейчас начали действовать беспрецедентные льготы, предоставленные указом от 22.09.2017 № 345 «О развитии торговли, общественного питания и бытового обслуживания»?

— Планы предприятия связаны с диверсификацией деятельности. Если сокращаются объемы по основному направлению, значит надо искать что-то новое. Пробуем заниматься ремонтом одежды, парикмахерскими услугами, выполняем косметические процедуры.

Что касается села, то туда мы не пойдем. Указ № 345 предоставил льготы тем, кто зарегистрирован в сельской местности. Следовательно, чтобы воспользоваться ими, надо опять открывать новые юридические лица, чего мы делать не будем.

При нынешних технологиях, когда снятый с помощью фотоаппарата или даже телефона снимок можно легко переслать для печати в любой салон, нецелесообразно создавать специализированные отделения на селе, даже если там есть платежеспособный спрос. Куда рациональнее развивать дистанционные услуги по обработке и печати фотографий. Мы принимаем заказы через Интернет из любой деревни. Клиенту остается только забрать фотографии либо мы сами вышлем их на указанный адрес. Если же в сельской местности найдется какой-либо крупный и интересный заказ, то выехать для его выполнения на место не проблема.

— Бизнес-союзы страны прилагают много усилий, чтобы уменьшить количество разного рода процедур и требований к предприятиям. Актуальна ли такая задача для вашей сферы?

— Слишком много различных требований, в том числе излишних, со стороны контро­лирующих органов. Некоторые требования дошли до абсурда, притом что около 70 госорганов и организаций имеют право выносить предписания и, следовательно, выписывать штрафы.

В стране вроде бы заявлена либерализация условий хозяйствования, но при этом появляются новые, обременительные для нас требования, например, к средствам контроля налоговых органов (СКНО). Чтобы выполнить эти требования, сейчас мы вынуждены менять кассовые аппараты: берем в аренду соответствующие приборы у организаций, созданных при налоговых органах. Залоговая стоимость такого прибора — 130 руб. Если раскинуть на 36 подразделений «Вилии», то получается, что я должен до 1 июля достать из оборотных средств около 2 тыс. долларов. При этом приборы СКНО подходят не ко всем кассовым аппаратам — приходится покупать и их, хотя старые могли бы еще послужить.

Подняли проблему перед налоговыми органами. Там говорят, что разрабатывают программу, используя которую оплату можно будет проводить даже через смартфоны. Замечательно, но тогда отмените срок, до которого мы должны обустроить СКНО, и тогда фирма с удовольствием без лишних затрат воспользуется новыми возможностями гаджетов в роли кассового оборудования.

— Равны ли сегодня условия хозяйствования для предприятий, оказывающих бытовые услуги?

— Казалось бы, очевидно, что в каждой отрасли государство должно формировать равные условия, вот только мы не наблюдаем реализации данного постулата на практике. Сегодня на рынке фотоуслуг работают считанные юридические лица, в основном ООО, а доминируют на нем индивидуальные предприниматели.

Конечно, с нашими объемами мы выглядим «монстрами» на рынке, но при этом поставлены в жутко неравные условия конкуренции. Все малые фирмы и ипэшники работают без НДС, тогда как мы этот налог вынуждены уплачивать. На рынке сложилась цена — около 6 руб. за документальное фото. При этом мы с 6 руб. выручки уплачиваем 20 % НДС и фактически получаем 4,8 руб., а наши конкуренты получают все 6 руб. Далее с этих 4,8 руб. мы платим зарплаты, аренду, налог на прибыль. Как следствие, мы изначально оказываемся в неравных условиях с другими субъектами хозяйствования.

К слову, большинство бытовых услуг вообще освобождено от обложения НДС. Почему оператор фотоуслуг продолжает его уплачивать, никто не может объяснить. Мы ставим этот вопрос в том числе перед Минфином. В налоговом законодательстве грядут серьезные изменения, создана рабочая группа. Надеюсь, проблема как-то будет урегулирована.

— Каким, на ваш взгляд, должно быть налогообложение в идеале, чтобы выровнять конкурентные условия и стимулировать развитие бизнеса в сфере бытовых услуг?

— Налогообложение, включая администрирование, должно быть простым, чтобы предприятию не надо было держать дополнительную кучу бухгалтеров и экономистов. Ну и равным для различных субъектов хозяйствования.

Ограничивая применение упрощенной системы налогообложения (УСН), налоговики приводили аргумент, мол, через создание дочерних компаний и их перевод на «упрощенку» бизнес уходил от уплаты налогов. Уверен, если кто-то очень захочет уменьшить налогооблагаемую базу, то он найдет способ сделать это. Тем более это не проблема для тех, кто привык скрывать доходы от налогов. Для таких и вовсе не важно, сколько процентов в уставном капитале их предприятия принадлежит юрлицу — 25 или 100.

Я не вижу логики в привязке условий работы по УСН к тому, кто каким процентом предприятия владеет. Если и вводить ограничения, то исключительно по видам деятельности и отраслям. Например, в бытовом обслуживании можно, а в риелторском деле уже нельзя.

— Не опасаетесь, что указ от 19.09.2017 № 337 «О регулировании деятельности физических лиц» окончательно подорвет принципы равной конкуренции на рынке? Данный нормативный акт разрешил оказывать бытовые услуги вовсе без регистрации субъекта хозяйствования.

— К этому указу относимся положительно. Мы не боимся, что он как-то повлияет на наш бизнес. Во-первых, данный нормативный правовой акт в большей степени направлен на самозанятость. Многие, особенно в регионах, и так промышляют, взяв в руки фотоаппарат, расческу, ножницы. Таких людей давно надо выводить из тени.

Во-вторых, в появлении «рукодельников» есть плюсы для потребителей. Как бы мы ни раздвигали границы своего режима работы, в шесть утра фотомастерскую и парикмахерскую мы не откроем, а ведь кому-то обязательно надо к восьми быть уже с прической. Конечно, такой человек пойдет к соседке и попросит ее помочь. Та в халате у плиты все и сделает.

В-третьих, цены. Они привязаны к себестоимости, в структуре которой основной удельный вес приходится, как правило, на зарплаты с налогами. Если бизнес арендует помещение, то в себестоимость закладываются арендная плата, коммунальные услуги. К ним добавляются затраты на закупку материалов. Следует понимать, что соседка возьмет с вас только зарплату, и это будет несколько дешевле, чем обращаться в салон.

Впрочем, не думаю, что все массово бросятся в самозанятость. Ведь при таком формате работы без пенсионных отчислений у людей не формируется пенсионный стаж, никто не оплачивает больничные. У людей есть выбор: идти на предприятие, продавать свой труд и быть социально защищенным или самому платить в фонд соцзащиты и т. д. К тому же люди отличаются по своей природе. Есть инициативные, которые становятся предпринимателями, развиваются, выстраивают собственный бизнес, а есть исполнители, которым не слишком-то и надо быть бизнесменами. Им комфортнее в роли работников. Поэтому каждый найдет себе место на рынке.n

Справка «БР»

С 2003 «Вилия» работает как ЗАО без доли государства. У предприятия 36 подразделений по всему городу, в которых работают около 130 специалистов. По примерным оценкам, сеть контролирует чуть более 20 % минского рынка фотоуслуг. До 2014 года «Вилия» работала по упрощенной системе налогообложения, выделив несколько подразделений ЗАО в унитарные предприятия. Однако, после того как в Налоговом кодексе появились ограничения в отношении «упрощенки» для предприятий, уставный капитал которых более чем на четверть принадлежит юрлицам, «Вилия» была вынуждена перейти с УСН на общую систему налого­обложения.