Развивая цифровизацию, не нужно воспринимать ее как панацею

Как сказал на «Кастрычнiцкiм эканамiчным форуме — 2019» первый заместитель премьер­министра Александр Турчин, нас ждет цифровая пятилетка. Но это вовсе не значит, что предстоит перевод всех усилий в IТ­отрасль.

Об этом в комментарии «БР» рассказал председатель Минского столичного союза предпринимателей и работодателей Николай ЛАДУТЬКО.

— Сегодня технологии преображают мир, делают его непривычным для тех, кто застал третью промышленную революцию. Беларусь — индустриальная страна с высоким научным потенциалом, и сейчас идет чрезвычайно высокий маркетинг Парка высоких технологий, из которого должно проистекать развитие современной цифровой индустрии. Ведь цифровая индустрия — это и промышленность, и сельское хозяйство, и образование.

Страна не должна потерять свою промышленную составляющую. Да, ПВТ показывает отличные результаты, цифровизация меняет мир, но по-прежнему самолеты летают, корабли плавают, автомобили ездят, а поля засеваются. И пусть с помощью техники на поле работают не тысяча человек, а десять, и убирают урожай не вручную те тысяча человек, а десять, и сегодня продвинутые аграрии с дронов наблюдают и рассчитывают, сколько надо удобрений внести, где прополоть, где полить и так далее, пусть используется техника, сопряженная с той самой цифровой трансформацией и четвертой индустриальной революцией: на борту комбайнов и тракторов стоят компьютеры, и завтра эта техника, возможно, будет беспилотной, но все равно поля будут засевать и урожай будут убирать.

При всех прочих составляющих аграрная индустрия все равно остается очень перспективной отраслью, и для нашей страны увеличение объемов продаж сельскохозяйственной продукции вполне реально, в том числе сельскохозяйственной продукции, которая будет произведена с помощью современных цифровых технологий.

Безусловно, и в промышленности, и в сельском хозяйстве хватает проблем, и правильно определить точку приложения финансовых и интеллектуальных усилий непросто. Но и здесь руководство страны идет правильным путем. К примеру, на «Гомсельмаше» привлекают партнеров, соинвесторов из ЕАЭС — казахстанских. Хотелось бы, чтобы этот проект получил успешное развитие, потому что это сохранение производственного и интеллектуального потенциала нашей страны, это объем реализации продукции. Потому что для создания с нуля такого предприятия, как «Гомсельмаш», даже в современных цифровых условиях понадобится не 5 лет и даже не 10, нужно 15—20 лет, чтобы такой интеллектуальный продукт создать.

Еще один важный момент. Все наши заводы объединены в холдинги под крупными предприятиями, и сегодня 400 предприятий распреде­лены по 10 холдингам. И когда государство решает проблему «Гомсельмаша», оно одновременно занимается еще несколькими десятками других пред­приятий, от работы которых зависит благосостояние тысяч семей.

Понятно, что сохранить все предприятия невозможно: будет идти оптимизация, сокращения, какие-то будут закрываться, другие — трансформироваться. К примеру, мотовелозавод, интересы которого я сегодня представляю, уже никогда не будет прежним, как 20 лет тому назад: 5 тыс. работающих, огромные цеха, оборудование... Это должно быть компактное, современное предприятие. И его проблему государству решить гораздо проще (цена вопроса — 20 млн долларов), чем проблему «Гомсельмаша», где речь идет о миллиарде долларов.

Необходимо думать и о привлечении ресурсов: посетив недавно Польшу и побывав на предприятиях группы компаний, выпускающих вело- и мототехнику, я увидел новый завод по производству алюминиевых рам. Это же здорово: поляки уходят от азиатской продукции, используют продукцию завода, расположенного в Катовице. Но оборудование этого нового завода по производству велосипедов куплено не только за деньги инвесторов — серьезную долю составили субсидии Евросоюза в рамках проекта поддержки зеленой экономики.  В итоге были созданы рабочие места, четко просчитан рынок сбыта — национальный и европейский. А мы все примеряемся... Когда мы представляли свой бизнес-проект, то в Министерстве экономики нам заявили: покажите проекты контрактов на 5 лет. Я полмира объездил и нигде не видел такого! Сегодня Белорусская калийная компания заключает контракты на год, например с той же Индией, когда все порадовались сог­лашению, очень важному для страны.
О каком пятилетнем сроке можно говорить?! Думаю, в БКК сильно бы удивились, если бы их попросили предоставить
планы контрактов на 5 лет
и назвать рынки сбыта в 2024 году...

По моему мнению, развивая цифровизацию, не нужно воспринимать ее как панацею и не стоит говорить о ней как о возможности глобального решения  всех проблем. Нужно думать о переменах и в других аспектах. К примеру, сегодня МАЗ, МТЗ и БелАЗ работают над созданием единой сети сбыта, над тем, чтобы литейное производство (которое есть на каждом из гигантов машиностроительной индустрии) также сделать единым, что будет экономически выгодным. Это я снова о холдингах — такие трансформации будут способствовать улучшению состояния и других предприятий.

Но главная работа — это сбыт в условиях жесткой конкуренции. И нам надо учиться у иностранцев применять современные решения. Недавно я был в Узбекистане и посмотрел, как «Джон Дир» продал своей техники на 20 млн долларов: они продали не только, даже не столько, технику для обработки полей, они продали продукт — стены завода, оборудование  для переработки хлопка и собственно технику для полей.

Вот этому искусству продажи продукта нам и нужно учиться в первую очередь. Овладеть им не так сложно, как кажется на первый взгляд — нужно в первую очередь быть гибким, очень быстро принимать решения на уровне собственников. А у нас предприятия государственные, следовательно, и собственник — государство, и ему меняться надо в первую очередь.

Читайте нас в: