Спрашивали – отвечаем. Как ГосТВ обиделось за «30 лет уничтожения белорусского села»

Программа, которая вышла у нас две недели назад и называлась «30 тридцать лет уничтожения белорусского села», вызвала большой общественный резонанс. В передаче «Клуб редакторов», которая вышла 1 мая, ей, и статье, которая вышла по мотивам программы, было посвящено 30 из 59 минут экранного времени.
 
На замечания участников передачи мы решили ответить в очередном выпуске программы «Оптимум» на Ютуб-канале «Белорусы и рынок».

Не может быть!

«Хорошо, что мы это подсвечиваем и освещаем, говоря о том, какую они глупость пишут, и тут же дезавуируем фактами», - сказал участвовавший в «Клубе редакторов» политолог Юрий Воскресенский.
 
Поскольку я тоже очень уважительно отношусь к фактам, я, как говорится, не мог пройти мимо. Я не буду разбирать все 30 минут, посвященные мне. Потому что в основном аргументы, которые там приводятся, это аргументы такого рода, на которые трудно ответить. 
 
«Я опять же спросил у сельхозников, они говорят, такого не может быть», - сказал гендиректор БТ Иван Эйсмонт.
 
То есть этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Ну на такой убийственный факт ничем ведь не возразишь. Также как нечего возразить, когда один из участников рассказывает, как он позвонил знакомому председателю колхоза, и тот сказал, что урожайность у него 100 центнеров с гектара. 
 
Потому что у знакомого председателя колхоза, тем более по телефону, урожайность может быть хоть 500 центнеров с гектара. Но вот по данным Минсельхозпрода, урожайность в Беларуси до 40 центнеров с гектара почти никогда не дотягивала. 
 
Однако некоторые утверждения поддаются эмпирическим методам проверки.

Почем молоко для народа

Очень возмутило участников мое утверждение о том, что уровня производства молока, который был в 90-м году, Беларусь достигла только в 2020-м. 
 
Чтобы это опровергнуть в программе даже показали график. Правда, как раз 90-ый и 2020-й годы, то есть именно те годы, которые я и сравнивал, в графике были пропущены. Но даже из этого графика видно, что в 1985 году Белорусская ССР производила больше молока, чем Республика Беларусь в 2005.
 
Этот факт, конечно, кажется невероятным, учитывая огромное количество молочно-товарных комплексов, которые у нас построили, но у него есть очень простое объяснение. В 1990 году значительная часть молока производилась на личных крестьянских подворьях. А к 2026 году не осталось ни тех крестьян, ни тех подворий. Сельское население Беларуси к 2024-му году сократилось до 2 миллионов человек с более чем трех миллионов в 1990-м году. А корова в белорусской деревне становится экзотическим животным.
 
Чтобы опровергнуть другие сравнительные данные, которые я привожу, про производство мяса, производство картошки, объективных фактов не нашлось.
 
«Когда говорят про картошку, он тоже не владеет ситуацией. Да действительно, может, я не знаю, у меня нет цифр. Может мы и не вышли», - сказал Ирина Новикова, доктор экономических наук.
 
У меня эти цифры есть. В 1990 году валовый сбор картофеля в Беларуси составил 8,6 миллиона тонн. В 2025 году – чуть больше трех миллионов. Зато нашлись цифры, чтобы рассказать про бедственное положение сельского хозяйства в Литве.
 
«Литовское сельское хозяйство. Молочники на грани краха, фермеры массово закрываются. Один литр молока стоит в магазине 1,76 евро, при этом фермеры получают 10 центов», - объяснил Иван Эйсмонт.
 
Про 10 центов – это такое малюсенькое преуменьшение. На начало этого года закупочные цены на молоко в Литве составляли 50 центов за килограмм. Но, учитывая, что литр молока стоит от полутора до двух евро, получается немножко несправедливо.
 
Если не сравнивать с Беларусью. Потому что в Беларуси молоко закупают примерно по 50 копеек за килограмм. А в магазинах литр молока стоит от 2,5 до 3,5 рублей. То есть, если в Литве разрыв между закупочной ценой и ценой в магазинах в три-четыре раза, то в Беларуси - в пять-семь. Только в отличие от литовских фермеров белорусские крестьяне себе никаких протестов позволить не могут.

Плюс жуткая инфляция

В общем, прежде чем рассказывать, как плохо у соседей, с молоком, урожаем или ценами, надо сначала поинтересоваться, а как у нас дела обстоят. Иначе может получиться неловко. Как с сюжетом о том, что из-за ситуации на Ближнем востоке продовольственная инфляция в Литве может разогнаться до 6 процентов. 
 
Вот только у литовцев продовольственная инфляция до шести процентов еще только может разогнаться. Пока продовольственная инфляция там составляет 2,4 процента. А вот в Беларуси по итогам марта эта самая продовольственная инфляция была 7,8 процентов. То есть в три с лишним раза выше, чем литовская.
 
Универсальное оправдание состоит в том, что у них денег больше, а у нас - меньше. 
 
«Это пропагандист пишет, что у нас там прорыв конечно немножко произошел только лишь потому, что у россиян были тучные годы, когда нефть продавали по высокой цене. Вкладывались так сказать в наше сельское хозяйство и покупали. А про дотации Польше, которую они все ставят в пример и Литве ни слова не говорит», - сказал Эйсмонт.
 
Справедливое замечание. Ну вот я действительно не упомянул про субсидии Литве и Польше. Так что теперь исправляюсь. 
 
С момента вступления в ЕС Литва получила европейских субсидий и дотаций на сумму от 16 до 20 миллиардов евро. Польша по объему субсидий от Европейского союза была рекордсменом. Там объем субсидий составил 160 миллиардов евро.
 
Беларусь с 2000 по 2020 год получила от России различных субсидий на 109 миллиардов долларов. В 2021-2025 годах газовая субсидия составляла 3 миллиарда долларов в год. Дополнительные доходы благодаря дисконту на российскую нефть в 2022-2023 году были в районе 5,5 миллиардов. За это время Беларусь освоила порядка 5 миллиардов долларов российского кредита на строительство АЭС. Получила 1,5 миллиарда долларов кредитов на импортозамещение. Не говоря уже о том, что с 2022 года 10 процентов белорусского бюджета составляет прямая безвозмездная помощь со стороны России. В отдельные годы объемы российской поддержки достигали четверти белорусского ВВП. А общая сумма субсидий с 2000 года составила не меньше 150 миллиардов долларов.
 
То есть мы получили в семь-восемь раз больше субсидий, чем Литва, и столько же, сколько Польша. Польша, в которой население в четыре раза больше и чья экономика больше белорусской в 12 раз. 
 
А сейчас самый главный политический вопрос. Который, впрочем, за меня задал глава Белтелерадиокомпании Иван Эйсмонт:
 
«А сейчас самый главный политический вопрос. Когда тебя дотируют в таких суммах, твое сельское хозяйство, твою промышленность, ты в полной мере независимым государством себя считать не можешь».
 
И ведь действительно, лучше не скажешь. Когда тебя дотируют в таких громадных суммах, о какой независимости можно говорить?