Инновационный фонд не радует изобретателей

Условия получения средств Белорусского инновационного фонда слишком сложны для частных изобретателей, что серьезно затрудняет внедрение в экономику новых и прогрессивных идей.

Согласно Глобальному инновационному индексу, в 2017-м, как и годом ранее, Беларусь признана страной с худшей инновационной экономикой в Европе. В мировом рейтинге, включающем 126 государств, наша страна занимает 86-ю позицию. Мы находимся ниже Уганды, но выше Мозамбика. Для сравнения: Латвия занимает 34-е место, Польша — 39-е, Литва — 40-е, Украина — 43-е, Россия — 46-е. Поверить в такое отставание Беларуси трудно, однако факты — вещь упрямая. Управление нашей экономикой явно не соответствует современным вызовам, в том числе в части финансовой помощи государства.

Возьмем, например, Белорусский инновационный фонд (БИФ). Он был учрежден постановлением Совмина осенью 1998 года для увеличения господдержки всех инноваций страны. БИФ — некоммерческая организация с госфинансированием в составе Национальной академии наук, но подчиняется Госкомитету по науке и технологиям. На начальном этапе реализации новшества БИФ предоставляет безвозвратную финансовую помощь в виде ваучера или гранта, а на последующих стадиях — дешевые кредиты.

«Мелких» изобретателей не видно. В недавнем интервью директор фонда сообщил, что за двадцать лет профинансировано более ста проектов на сумму свыше 90 млн долларов. Приведены примеры успешных инноваций. Казалось бы, карты в руки: ученые, изобретатели, субъекты хозяйствования, в том числе индивидуальные предприниматели, дорабатывайте и внедряйте новые идеи. Однако на практике ситуация не столь оптимистична. Дело в том, что БИФу «интересны крупные проекты». Процесс подготовки заявки на господдержку «одинаков что при покупке одного станка, что при модернизации огромного цеха», отметил в том же интервью директор фонда. Как результат, у авторов небольших проектов «не хватает энтузиазма».

Действительно, процедура подготовки заявки на финансирование непростая. Первое препятствие возникает уже на стадии знакомства с заявительными документами на сайте. Мелкие субъекты инновационного предпринимательства часто испытывают технические трудности: не могут открыть файлы, так как путаются в «выборе соответствия», «бесплатной пробной версии» и т. п. Между тем в стране с 2001 года были госпрограммы типа «Электронная Беларусь», предусматривающие создание электронного документооборота. Предполагалось, что, например, изобретатель из сельской глубинки зайдет на сайт БИФа, заполнит заявку и с помощью одного «клика» мышки направит ее в фонд. В дальнейшем при необходимости документы распечатают на бумажном носителе. Вторая проблема заключается в отсутствии простых и лаконичных пояснений по поводу подготовки материалов.

Составление заявки затруднено: оно действительно одинаково «как для покупки одного станка, так и для модернизации огромного цеха». Очевидно, что подобный подход едва ли оправдан. Подготовка документов, включая экономическое обоснование, для разных категорий новаций ни в коем случае не должна полностью

совпадать. Это то же самое, как если бы МАЗовский самосвал взял на себя работу и грузового мотороллера, и БЕЛАЗа. В обоих случаях он будет неэффективен. Поскольку БИФ нацелен на крупные проекты предприятий Минпрома, то и процесс подготовки документов ближе к уровню «самосвалов». Как использовать их в сфере «мотороллерных» работ? Фактически «самосвалы» даже не могут подъехать к этой сфере и увидеть «мелких» изобретателей. Понятно, что при таком «самосвальном» подходе две фирмочки — будущие Microsoft и Intel — не имели бы никаких шансов на развитие.

Надо быть проще, и инновации потянутся. Технико-экономическое обоснование (ТЭО) проектов — вопрос, конечно, важный, но тоже имеет рациональные пределы. Кстати, недостаток квалификации экспертов и методик обуславливает низкое качество ТЭО и, соответственно, учета национальных интересов. В связи с этим заметим, что требования БИФа не предел головоломок.

Так, летом проводился конкурс по отбору инновационных проектов для финансирования из инновационного фонда Мингор­исполкома. Субъектам хозяйствования столицы предложили список заявительных документов, включающий десять пунктов. Только экономическая оценка проекта предусматривает три отдельных документа: ТЭО по специальной форме, ТЭО по форме ГКНТ и подготовленный в соответствии с Правилами по разработке бизнес-планов инвестиционных проектов 2005 года бизнес-план проекта. Последний документ самый мудреный. Он готовится с использованием специального программного обеспечения и должен представляться как минимум в трех книгах с дублированием на электронных носителях. При этом методика оценки проекта проблемная и, главное, не предназначена для новаторских предложений.

Нетрудно понять: кто платит, тот и музыку заказывает. Мингорисполком ориентируется на свои предприятия и не хочет иметь проблем с инноваторами-­незнакомцами. Таким образом организации защищаются от несанкционированного хай-тека, а при необходимости демонстрируют эффектные примеры поддержки инноваций. Главное в системе — уметь правильно отчитаться.

Некоторые уважаемые ученые полагают, что в стране созданы все условия для инновационно-экономического прогресса. Они обвиняют белорусских носителей идей в пассивности, в малой способности нации к бизнесу, в отсутствии предложений, обеспечивающих экспорт продукции, например, в Китай.

Не буду комментировать такие оценки и поднимать базовую тему реформирования инновационных потребностей. Отмечу только, что можно не винить новаторов, а обязать фонды отдавать малому бизнесу, например, 20 % выделенных госсредств. За рубежом такая практика есть. Следует стимулировать развитие частного венчурного капитала, сделать выделение денег прозрачным, а соответствующую информацию — более доступной. Нужно ликвидировать искусственные преграды, активизировать обсуждение вариантов реализации потенциала знаний, что, безусловно, будет содействовать экономическому росту.

Читайте нас в: