Не только нефть – в Ормузском проливе застрял гелий. Как на этом выиграла Польша?

Польша — единственный производитель гелия в Европе. Какую значимость приобрела наша соседка на фоне войны на Ближнем Востоке, когда с мирового рынка исчезла треть запасов этого необычного газа.

Когда в марте 2026 года Иран атаковал катарский комплекс Рас-Лаффан и впоследствии заблокировал Ормузский пролив, треть мировых запасов гелия внезапно исчезла с рынка. Ведь именно в сердце газовой промышленности Катара расположены огромные установки для извлечения гелия из природного газа в процессе сжижения СПГ. В результате спотовые цены подскочили на 70 процентов.

Зачем нам гелий?

Гелий, газ, который большинство из нас ассоциирует в первую очередь с парящими воздушными шарами, абсолютно необходим для таких вещей, как производство микросхем и работа компьютерных томографов.

Гелий способен создавать температурные условия, близкие к абсолютному нулю. Это делают его абсолютно незаменимым в нескольких ключевых областях современной экономики и науки.

Наибольшее применение гелий находит в медицине. Аппараты магнитно-резонансной томографии (МРТ) содержат мощные сверхпроводящие магниты, которые необходимо охлаждать жидким гелием. Если бы гелий закончился, больницы были бы вынуждены либо остановить работу компьютерных томографов, либо резко сократить количество обследований.

Второй, еще более быстрорастущий рынок — это производство полупроводников. Гелий необходим для фотолитографии, очистки кремниевых поверхностей и охлаждения современных интегральных схем, особенно тех, которые используются в искусственном интеллекте, смартфонах, ноутбуках и серверах. Следовательно, дефицит гелия приведет к повышению цен на потребительскую электронику — от телефонов до видеокарт и электромобилей.

Что произошло после атаки на “мировой центр гелия”?

Страны, сильно зависящие от поставок из Катара, а также производители полупроводников на Тайване и в Южной Корее, пострадали больше всего. Отсутствие стабильных поставок с Ближнего Востока вынудило многие компании искать альтернативные источники, увеличивать переработку и использовать стратегические резервы.

Как на этом выиграла Польша?

Польша — единственный производитель гелия в ЕС. Завод «Орлен» в польском Одоланове извлекает гелий здесь в качестве побочного продукта при переработке польского природного газа.

В 2024 году в Одоланове было произведено приблизительно 2,66–3 миллиона кубических метров чистого гелия. На первый взгляд, эта цифра кажется скромной — она составляет всего около 1,6% от общего мирового производства. Однако во время кризиса, когда с рынка исчезла треть мирового предложения, польский гелий стал стратегическим активом для всего ЕС.

Около 80% продукции экспортируется, в основном в Германию, Францию, Нидерланды и другие страны ЕС, где он используется в больницах и на заводах по производству полупроводников.

Какова роль компании в кризис?

Компания «Орлен» продает гелий по текущим рыночным ценам, без какого-либо ценового регулирования. Это позволяет ей получать прибыль за счет более высоких цен в периоды их роста — маржа на гелий сейчас значительно выше, чем до кризиса.

В то же время Польша получает нечто более важное, чем деньги: безопасность поставок для своих собственных рынков медицинской и технологической продукции. В то время как остальная Европа вынуждена полагаться на контейнеры, застрявшие в Персидском заливе, или на дорогостоящие поставки из США, польский гелий становится надежным местным источником.

Читайте нас в: