Куда приплыл белорусский флот?

01 июня 2020
Олег ШЕПЕЛЮК

Что собой представляет белорусский морской флот? Сколько кораблей ходит под нашим флагом? Сколько зарабатывают белорусские компании на перевозке грузов? Сколько и какой морской рыбы добывают белорусские компании и каковы квоты на ее добычу?

Газета «Белорусы и рынок» получила ответы на эти и другие вопросы.

Океанский размах

«Эпопея с белорусским морским флотом началась лет двадцать пять назад. Целью принятой госпрограммы был переход внешней торговли на поставки морским транспортом по условиям CIF-CAF (с оплатой фрахта и дополнительной надбавкой к его базовой ставке). Но одного желания чиновников (а все завертелось по указанию Александра Лукашенко, которому рассказали о посредниках и «упускаемой выгоде») мало — необходимо было создать целую сеть, нанять толковых специалистов, выстроить логистику и прочее. К сожалению, ничего не вышло: кроме калия, возить, по существу, оказалось нечего. Может, и белорусские предприятия оказались не готовы переходить на новые схемы сбыта продукции: продавать ее не у себя на заводе, а везти в порт и заключать договоры по-новому. Ведь это требовало дополнительных, и немалых, затрат», — рассказал нам источник, пожелавший остаться неизвестным.

Идея была неплохой. По расчетам чиновников, представленным в ту пору, морем ежегодно экспортировалось около 10 млн т белорусских грузов. При фрахте ценой 10—70 долларов за тонну доход перевозчиков наших товаров составлял в среднем 400 млн долларов в год. Была поставлена задача: перевозку грузов морем собственными судами довести до 50 %, чтобы около 200 млн долларов стали налогооблагаемой базой.

Калийный фрахт

Но затея оказалась неосуществимой по разным причинам, и в итоге лишь «Беларуськалий» перешел на эту схему продаж, передав решение сопутствующих задач ЗАО «БКК». Но вокруг компании возник скандал, и с 2013 года через нее он свою продукцию не экспортирует.

Однако созданная семь лет тому назад аналогичная по названию фирма, оформленная как ОАО, имеет свой фрахтовый отдел и услугами сторонних организаций не пользуется. «Для обеспечения поставок калийных удобрений ОАО «Белорусская калийная компания» фрахтует различные типы судов — от речных барж, перевозящих около тысячи тонн, до судов типа «панамакс», способных принять на борт около 90 тыс. т груза», — рассказала пресс-секретарь компании Ирина САВЧЕНКО.

Так происходит сейчас, а в свое время, в 2010 году, было создано ЗАО «Белморфлот», заключившее долгосрочный договор с БКК, который определял объем перевозок на год, стоимость и условия фрахта. Это было сделано в рамках мер по привлечению иностранных судов под белорусский флаг и сулило экономике страны порядка 200—250 млн долларов ежегодно.

«Дело пошло, компания выгодно поработала с таким крупным клиентом, как БКК, но, как часто бывает в акционерных обществах, у них начались трения по разделу прибыли и акций. В итоге греки и поляки акции между собой поделили, но договориться не смогли. Компания существует до сих пор, но деятельности не ведет», — рассказал наш собеседник.

В соответствии с принятой в 1997 году госпрограммой последним этапом создания белорусского морского флота было строительство собственных судов: двух — для морского плавания, и пяти — для прибрежного, класса «река — море». Выполнение этого пункта программы позволило бы заработать немалые средства, но при соблюдении многих условий. Не выполнено было ни одно. Итогом же программы стал спуск на воду одного корабля — класса «река — море», в 2002 году.

«В настоящее время в Государственном реестре морских судов Республики Беларусь зарегистрировано семь судов. Вопросы их эксплуатации в рамках перевозок грузов, пассажиров и других направлений деятельности являются исключительной прерогативой собственников и владельцев судов», — сообщила заместитель министра транспорта Наталья АЛЕКСАНДРОВИЧ.

Согласно данным, полученным в Белстате и Нацбанке, за 2019 год экспорт услуг морского грузового транспорта составил 277 млн долларов. Из них, как рассказал корреспонденту «Белорусы и рынок» другой источник, пожелавший остаться инкогнито, 265 млн — на счету Белорусской калийной компании, которая фрахтует суда для перевозки удобрений, а заодно подвозит попутные грузы других компаний. На остальные более 80 экспедиционных фирм, проходящих по соответствующим документам, приходится всего лишь 12 млн долларов морского экспорта.

Как рассказали в Минтрансе, собственниками семи вышеназванных судов являются иностранные компании. Они министерству неподотчетны и никакого отношения к белорусскому морскому торговому флоту не имеют. Данный флот представлен лишь одним судном, которое с недавних пор эксплуатируется Белорусским морским пароходством (БМП).

Обновление «Надежды»

Хотя Белорусское морское пароходство создано полтора десятка лет тому назад и носит такое громкое имя, долгие годы оно занималось лишь экспедиторскими услугами. Но в прошлом году все изменилось.

«В прошлом году у нас появился теплоход «Надежда». На нем мы отработали навигацию-2019 на Днепре, возили в основном зерновые. Кроме того, мы осуществляем экспортно-импортные контейнерные перевозки разными видами транспорта, но лишь в качестве экспедитора. До приобретения «Надежды» это было нашим основным видом деятельности. Мы выкупили 20 % акций у частной компании, остальные 80 % принадлежат Белорусскому речному пароходству. Судно грузоподъемностью 1600 т было построено и спущено на воду в 2002 году, но последние семь лет не эксплуатировалось, стояло в Мозырском порту. Мы заключили с речным пароходством соглашение, восстановили корабль и запустили в работу. За прошлую навигацию (полгода), а мы ходили между Киевом, Каневом, Днепром, Херсоном, Таврийском и Николаевом, перевезли 10,2 тыс. т различных грузов. Грузооборот составил 2,6 млн тонно-километров, экспорт услуг — более 80 тыс. долларов. Кроме того, в прошлом году наше судно единственный раз в истории вышло в открытое море. Мы доставили из Таврийска ячмень, а затем перегрузили его на огромный сухогруз, стоявший на внешнем рейде николаевского порта, так как он не имел возможности загрузиться на полную осадку в порту», — подробно и обстоятельно рассказал о работе директор Белорусского морского пароходства Андрей КАСЬЯНЮК.

«Белморпароходство» планирует развиваться и дальше. Набив шишки в дебютную навигацию, выявив технические недостатки «Надежды» и проведя анализ, там решили модернизировать судно, явно не соответствовавшее требованиям, предъявляемым к кораб­лям класса «река — море».

«В декабре Минтранс выделил деньги — 320 тыс. рублей, и к апрелю мы провели глубокую модернизацию «Надежды», главными пунктами которой было расширение грузового трюма, монтаж новых, более мощных, силовых установок и усиление системы безопасности. Надеемся, что, увеличив быстроходность и грузоподъемность судна, в текущем году сможем резко увеличить объем экспорта услуг», — продолжил рассказ директор БМП.

В планах — рейсы между Мозырем и Киевом при наличии проходных глубин. Речь об этих перевозках велась на втором белорусско-украинском экономическом форуме, прошедшем минувшей осенью в Житомире с участием президентов наших стран. «Но украинская сторона пока не выполнила обещанных работ по углублению дна. Если все будет сделано, то из Киева будем возить зерновые, а из Мозыря — металлопрокат, удобрения, стройматериалы и продукцию наших нефтехимических предприятий. Ниже Киева пока не можем уйти, так как Каневский шлюз сейчас на ремонте», — поделился планами Андрей Касьянюк.

Чья рыба?

Как и торговый флот, промысловый флот нашей страны представлен лишь одним судном (по данным, предоставленным Союзом рыбопромышленников Севера). С февраля 2017 года, когда судно перешло в собственность ООО СП «Союзрыба», оно носит название ПСТ МК-0551 «Брест», а до того именовалось «Конотоп». На воду было спущено в 1980 году и, сменив нескольких владельцев, «причалило» к берегам мурманского предприятия.

По данным Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), среднесписочный состав СП — 62 человека. И, согласно финансовой отчетности, в 2018 году его доходы составили 1,361 млрд российских рублей, а прибыль — 346 млн. Учредителями «Союзрыбы» были ООО «Сити проджект менеджмент» (на 100 % принадлежащее гражданке РФ Елене Бондаренко) и белорусско-­германское ООО СП «Санта Бремор» — с долями в уставном фонде в 50 тыс. рублей.

Именно это предприятие занимается ловом рыбы по квотам, которые выделяет Беларуси «Росрыболовство». И квоты эти растут: в 2019 году они составляли 4414 т в Баренцевом море и 1000 т — в Балтийском. «На 2020 год для Беларуси выделены квоты добычи в исключительной экономической зоне РФ в следующих объемах: в Баренцевом море (треска и пикша) — 6,3 тыс. т, в Балтийском (треска, сельдь, килька) — 1 тыс. т», — сообщил «БР» заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия Беларуси Игорь БРЫЛО.

***

Будет ли у Беларуси собственный реальный морской флот? Сейчас об этом судить трудно. Но понятно, что свой морфлот выгоден. При толковом менедж­менте срок окупаемости судов составляет 7—8 лет, а срок эксплуатации — 30—40 лет, тем более что в ближайшие лет пятьдесят калий в Беларуси не закончится. Однако велика вероятность, что зарабатывать на наших внешнеторговых грузах по-прежнему будут иностранцы.

Читайте нас в:

Подпишитесь на нашу газету

Только топовые новости у вас под рукой! Подписаться

Подписывайтесь на нас в соцсетях

Cамые свежие новости всегда с вами!