• 08.05.2021
  • USD 2.5918
  • EUR 3.0898
  • RUB 3.554

Рынок облигаций не разовьется без «стероидов»

27 апреля 2021
Ольга ШАВЕЛА

В СМИ стали появляться новости о неисполнении обязательств по облигациям некоторыми белорусскими компаниями. Есть ли сейчас риски для инвесторов и эмитентов, что вообще происходит с белорусским рынком облигаций?

Это газета «Белорусы и рынок» узнала у Ильи БОГДАНОВА, директора компании «Нест Эгг», которая занимается развитием мобильных приложений, одно из которых — Lacеrta Online, предназначенное в том числе и для покупки облигаций.

— По вашим наблюдениям, что происходит с рынком ценных бумаг в Беларуси?

— Относительно состояния рынка облигаций в Беларуси я всегда был пессимистом. Любой рост и развитие на этом рынке «стероидные» и происходят за счет рекламных денег, а также усилий отдельных эмитентов, таких как «Евроопт» или «Авангард Лизинг». О какой-то системной работе и осознанном выходе эмитентов на рынок говорить не приходится.

Новая редакция закона о валютном регулировании, которая вступит в силу 9 июля 2021 года, отменяет возможность номинирования облигаций в иностранной валюте, и это еще больше подрывает белорусский рынок ценных бумаг. Индексируемые облигации очень напоминают алеаторные сделки, где в случае девальвации можно получить дополнительный доход в рублях и столкнуться с обратной ситуацией при укреплении рубля.

Мне кажется, что в условиях упрощения доступа к иностранным биржам после отмены ограничений на движение капитала, в условиях развития доверительного управления и роста пользователей на Финсторе, внутренний рынок корпоративных облигаций видится неконкурентоспособным.

Инвесторы готовы к риску, но рынок облигаций здесь не дает такой возможности из-за отсутствия волатильности цены бумаги, и единственный риск, который несут инвесторы, — риск дефолта эмитента, который не подчиняется правилу «выше риск — выше доходность», что приводит к искажениям, когда у третьего эшелона заемщиков минимальные спреды к «голубым фишкам».

Вводя в силу такой закон, регулятор, скорее всего, не делает это с целью навредить рынку ценных бумаг, но, к сожалению, эффект будет таким. Повторюсь, я всегда был пессимистом, но сейчас наш рынок облигаций действительно в самой сложной ситуации, чем когда-либо. Никакого развития нет.

— Как понять, насколько ухудшилась ситуация, например, по сравнению с 2019 годом?

— Во второй половине 2019 года наша компания через приложение собирала за месяц полтора миллиона рублей c розницы, инвестировавшей в облигации. Во второй половине 2020-го у нас было падение до 600—800 тыс. рублей. Сказалась пандемия, политическая и околополитическая ситуация.

В 2021 году нам удалось стабильно собирать около миллиона рублей в месяц, но это не те уровни, к которым мы стремились. Если бы с 2017 года сохранялась стабильная динамика, то сейчас мы бы за месяц собирали 3—4 млн рублей.

— Появились ли новые белорусские компании-эмитенты за 2020–2021 годы?

— Да, в прошлом году было порядка 50 эмиссий, 70 % из них — компании-­дебютанты, которые впервые пробовали себя на фондовом рынке. С новыми предложениями выходили и старые эмитенты».

Но, опять же, это не связано с активностью рынка самого по себе. Компании, развивающие это направление, — работу по дистрибуции облигаций, тратят много денег и таргетируют так называемый третий эшелон, малый и средний бизнес, который делает небольшие эмиссии. Работа с розницей, которая бы конвертировала свои деньги в облигации подобного рода компаний, — это всегда очень долго, дорого и напряженно. Не многие смогут конвертировать этот трафик в лиды — клиентов и инвесторов. Поэтому клиенты появляются, но, к сожалению, объемов рынка не хватает, и не все эти эмиссии размещаются удачно.

— По каким критериям объективно можно судить, хорошо или плохо развивается рынок ценных бумаг в конкретной стране?

— Это рост объемов, появление новых эмитентов и инструментов, диджитализация, все больший приход розничных инвесторов на биржу. Ничего из этого у нас не наблюдается.

Мы пытались запустить процесс с опционами, но не нашли понимания у Минфина. Я встречался с министром и замминистра по этому вопросу. Минфин хочет внедрить в нашей стране механизм стрип-облигаций — так называется финансовый инструмент, позволяющий купонам и номиналу ценных бумаг раздельно обращаться на рынке.

в моем понимании стрипы имеют смысл там, где существуют арбитражные операции, когда продавец и покупатель делают разные прог­нозы насчет динамики изменения процентных ставок, и в результате у того, кто верно оценил ситуацию, появляется возможность заработать. Но у нас нет «стакана», нет зависимости от ставок, а потому нет и возможности для совершения подобного рода спекулятивных сделок.

Решения, которые принимает регулятор и министерства, не направлены на придание необходимой динамики белорусскому рынку облигаций. Все эти истории с квалификацией инвесторов, инвестиционными фондами, секьюритизацией… Складывается впечатление, что люди, которые принимают решения в этой сфере, живут в Сингапуре и совершенно оторваны от реалий белорусского рынка ценных бумаг.

— Наблюдаются ли сейчас проблемы с выплатами заимствований и дивидендов эмитентами? Недавно, например, появилась новость о неисполнении обязательств по облигациям, выпущенным компанией «Алвеста-М». Эмитент принял решение о ликвидации.

— Эти проблемы всегда были. Они характерны и для выплат банковских кредитов. Все зависит от состояния эмитентов. Они не всегда могут реализовать планы, которые наметили, замышляя выпуск облигаций. Но я хочу сказать, что вала нет. Есть единичные случаи, но это не тенденция.

— Подытоживая, ничего оптимистичного от будущего вы не ожидаете?

— Считаю, если на белорусский рынок облигаций не придет какой-то крупный игрок, который сможет тратить, например, 500 тыс. долларов на маркетинг и рекламу и таким образом стимулировать новое вовлечение инвесторов и новые сделки, то он будет сворачиваться. В Беларуси органического роста быть не может. Если появится кто-то, кто будет тратить такие деньги, то, возможно, мы выйдем на плато, но о росте говорить не приходится. Наши люди реагируют на рекламные стимулы, дополнительные премии по доходности, но это не сознательный интерес к операциям с ценными бумагами. Пока я не вижу никого, кто захотел бы прийти сюда, чтобы тратить такие деньги. Компаний, которые инвестируют в маркетинг, — единицы.

— Вам приходилось работать с государственными компа­ниями?

— Мы изначально приняли решение не иметь дел с государственными компаниями. Наличие доли государства у эмитента — для нас стоп-фактор.

— Собираетесь ли вы запускать новое приложение Robo1. В чем его суть и для кого оно? И что будет с Lacerta Online?

— Новое приложение вообще не будет связано с облигациями. Мы хотим предоставить белорусским гражданам и гражданам других стран возможность инвестировать в стартапы и компании, которые находятся на ранней стадии (seed и pre-seed стадии). Они смогут вкладывать свои деньги в новые революционные идеи. Robo1 — это ген, который, как считается, отвечает за математические способности, поэтому мы так и назвали наше приложение. Планируем запустить его в течение трех месяцев. У компании «Ласерта» мы купили приложение Lacеrta Online и собираемся продавать его по франшизе.

Читайте нас в:

Подпишитесь на нашу газету

Только топовые новости у вас под рукой! Подписаться

Подписывайтесь на нас в соцсетях

Cамые свежие новости всегда с вами!