• 19.04.2021
  • USD 2.5918
  • EUR 3.0898
  • RUB 3.554

Правовой дефолт. Что с ним делать?

09 февраля 2021

Как выйти из правового дефолта? Этот вопрос мы обсудили в передаче «Умные люди» на Youtube­-канале «Белорусы и рынок» с правозащитником, юристом, участником команды Human Constanta Алексеем КОЗЛЮКОМ и правоведом Сергеем ГАСОЯНОМ, бывшим руководителем юридической службы штаба Валерия Цепкало.

О правовом дефолте в Беларуси

— Мы не видим ничего того, что не случалось раньше. Единственное, что изменилось, это масштаб нарушений законодательства. Если раньше эти нарушения касались тех, кого принято считать оппозицией, то сейчас любой гражданин может на себе почувствовать, насколько неадекватны в Беларуси законы и, что еще хуже, их правоприменение, — сказал Алексей Козлюк. — Сейчас закон не работает либо работает разным образом для разных людей. Сотрудники милиции избивают людей, но по этому поводу не проводятся расследования. Это и есть разное правоприменение, и оно подрывает основы конституционного строя.

— Нарушения законов начались давно. Для меня точкой отсчета стало насильственное изменение состава ЦИК и назначение Ермошиной. Это было сделано в нарушение Конституции. Потом ласточки прилетели в 2010 году, когда, помните, на площади за полтора часа был очень жестко разогнан митинг. Мы уже тогда видели, как может действовать власть в отношении людей, которые просто заявили о своем несогласии с нею. Что касается понятия дефолта, я его расцениваю как неспособность закона защитить права и интересы, которые этим законом должны охраняться. Сейчас мы видим, что закон работает на защиту только сотрудников внутренних дел, которые задействованы для охраны власти. Сколько людей пострадало при разгоне абсолютно мирных протестных акций, сколько погибло… А сколько возбуждено уголовных дел по этим фактам? Ноль. — Так эмоционально высказывает свое мнение Сергей Гасоян.

Как выйти из правового
дефолта?

— Сначала нужно ответить на вопрос: как произошло, что мы имеем такую ситуацию? В моем понимании это «звездный час» системы, которая выстраивалась с 1994 года. Она строилась именно для того, чтобы в нужный момент можно было для кого-то применять одни законы, для кого-то другие, а кому-то законы вообще могут быть не писаны. Сейчас, конечно, нужно вернуться к Конституции, пересмотреть разделение властей и другие вещи, прописанные в ней. Но с этой системой, в нынешнем ее виде, уже ничего не сделаешь. Добиваться здесь исполнения закона невозможно. Да, мы можем апеллировать даже к такому плохому закону, но ожидать серьезных подвижек не приходится, — сказал правозащитник из Human Constanta. — Фарш назад не провернешь. События последнего года сильно изменили отношение профессиональных сообществ и людей в целом к системе. Теперь все понимают, что в любой момент закон можно выключить. Если раньше мои коллеги говорили, что «в принципе терпеть можно», «закон не работает, но для какой-то узкой группы людей, но это же политика», то сейчас все на себе почувствовали, что может быть так, а может и вот так. Пока система не изменится, ни один юрист в Беларуси не сможет искренне сказать, что Беларусь является правовым государством.

— За 26 лет мы воспитали три поколения чиновников, которые стоят на страже этой системы. Я не знаю, сколько должно пройти времени, чтобы все вернулось на круги своя. Щелчком пальца этого не сделаешь. В состав руководящих органов должны прийти люди, действительно уважающие закон, уважающие простые принципы гуманизма. И они должны изменить это законодательство, — сказал Сергей Гасоян.

О людях с юридическим образованием на противоположных полюсах

— Я не верю, что все судьи, а это юридическая элита, все как один имеют внутренние убеждения, что выносимые приговоры законны. Нельзя забывать и того, что во втором эшелоне всех задержаний идут юристы: адвокат Марии Колесниковой, Виктора Бабарико и другие, — отметил Сергей Гасоян.

— Если посмотреть на списки судей, которые выносят подобного рода решения и по уголовным, и по административным делам, то можно заметить, что есть условно судьи-чемпионы, у которых десятки и сотни подобных дел. Более того, они уже давно засветились в этих делах. По статье 23.34 (нарушение законодательства о массовых мероприятиях) они выносили решения еще в 2010 году. Этому в какой-то степени способствует практика назначений судей на определенный срок. Большинство судей в Беларуси назначаются сроком на пять лет, то есть это как срочный контракт, после которого судью можно и уволить. И судьи прекрасно понимают, у кого они на контракте. Бессрочное назначение — это одна из гарантий независимости судей, — считает Алексей Козлюк. — Адвокаты выполняют важную функцию даже в нашей системе. Они на каждом судебном процессе напоминают, что закон должен работать и что у граждан есть конституционные права.

Как правовой дефолт отразится на белорусском обществе в долгосрочной перспективе?

— Доверие людей трудно завоевать, а потерять легко. У белорусов был относительно высокий уровень доверия к правоохранительным органам. Для этого была проделана серьезная работа. А сейчас вернуть даже десяток процентов этого доверия будет очень нелегко. Даже если система изменится, люди к тому времени, возможно, уже разучатся платить налоги или решать свои проблемы в правовом поле. Возможно, перестанут видеть в государстве гаранта соблюдения своих прав. В итоге новой системе нужно будет сначала доказать свою эффективность и ориентированность на защиту прав человека, и только потом, через какое-то время будет восстановлено доверие. На это могут уйти годы, а то и десятилетия, — считает Алексей Козлюк.

О международных инструментах, которыми могут воспользоваться белорусы

— Такие инструменты есть, но они ограничены. К сожалению, белорусы не могут обращаться в Европейский суд по правам человека. Но есть специальные процедуры в рамках ООН и ОБСЕ. Беларусь уже давно является одним из лидеров по количеству обращений граждан в Комитет по правам человека ООН. Другой вопрос, что наша страна не исполняет их решения. Без сомнения, после 2020 года будет большой всплеск обращений в международные организации, поскольку внутреннее право в Беларуси практически не работает. Минус в том, что международные организации работают очень медленно. Но, с другой стороны, как минимум в моральном плане для человека важно в итоге получить признание со стороны международного органа, что он прав, а государство нет.

Что будет
дальше?

— Думаю, мы все-таки двинемся по пути навязывания нам новой редакции Конституции, в которой главенствующую роль будет играть некий псевдоконституционный орган, например Всебелорусское народное собрание. И все только с одной целью: чтобы сохранить нынешнюю вертикаль власти. Будет глава президиума и ему подотчетно все правительство. Ведь что такое Всебелорусское народное собрание? Это назначенные люди, которые приехали на два дня в Минск. Перед ними что-то зачитали, они молча проголосовали, — описал перспективу Сергей Гасоян

— Идеальный сценарий перезапуска правовой системы — возвращение к Конституции 1994 года, со всеми ее сдержками и противовесами. Хотя бы на какое-то время, пока будет разработана новая Конституция. Подлакировать нынешнюю систему и сделать ее правовой невозможно. Я не могу назвать ни одного хорошего примера, когда бы авторитарный режим сознательно ограничил свою власть. Всегда этот процесс идет в обратном направлении. Другой сценарий развития — когда режим консолидирует власть и становится более устойчивым. Но я оптимист в этом плане и вижу, что у режима нет на это ресурсов. Скорее же всего мы увидим какой-то третий сценарий. А вот какой именно, зависит от того, как поведет себя юридическое сообщество, политики за границей, и в первую очередь каждый гражданин Беларуси: будем ли мы терпеть беззаконие и произвол либо будем последовательно отстаивать свои конституционные права и требовать возвращения правового государства.

Читайте нас в:

Подпишитесь на нашу газету

Только топовые новости у вас под рукой! Подписаться

Подписывайтесь на нас в соцсетях

Cамые свежие новости всегда с вами!