Октябрь 23, 2017
Татьяна КАЛИНОВСКАЯ

Антимонопольное и таможенное регулирование все еще существенно отличается в различных странах Евразийского экономического союза, констатировали участники форума «Бизнес в ЕАЭС».

 

В ЕАЭС есть свое антимонопольное законодательство, а Евразийская экономическая комиссия может проводить собственные антимонопольные расследования и применять соответствующие административные санкции. Однако, констатировали участники форума, пока эти воп­росы поднимаются только на национальном уровне, а Суд ЕАЭС рассмотрел всего одно дело, касающееся монополизации рынка.

Суд ЕАЭС вступает в борьбу с монополизмом. Фигуранты дела — Новолипецкий металлургический комбинат и его дочерняя фирма, рассказала советник Суда ЕАЭС Екатерина Дьяченко. И с точки зрения производства, и с точки зрения реализации их доля превышает 90 % на рынке специфического вида стали трех государств. Группа НЛМК установила различные цены для покупателей из России и из других стран ЕАЭС. Коэффициент, который компании называли «коэффициентом повышенного риска», фактически являлся надбавкой к цене.

«Ставились в неравное положение покупатели из разных стран — злоупотребление налицо. В мае 2015 года казахстанское юридическое лицо обратилось в ЕЭК с жалобой. Затем с подобной жалобой обратилось белорусское юрлицо. В течение полутора лет велось производство по делу, в ходе которого был признан факт злоупотребления со стороны группы компаний НЛМК», — рассказала Екатерина Дьяченко.

В ходе расследования анализировались рынки трех государств: России, Беларуси и Казахстана. Выяснилось, что НЛМК и его дочерняя компания контролировали 90 % продаж выпускаемого специ­фического вида стали, «поэтому обсуждать доминирование даже не имеет смысла».

Комбинат получил штраф в размере 77,8 млн рос. руб., а 100-процентная «дочка» НЛМК, — 130 млн рос. руб. Группе НЛМК предписано не создавать неравные условия при реализации продукции.

Почему же было рассмотрено только одно дело? «Бизнес не до конца понимает свои права и возможности, которые он получает по процедуре ЕЭК, а не по процедуре своего национального органа», — заявила советник Суда ЕАЭС.

Евразийская экономическая комиссия все чаще занимается вопросами антимонопольного регулирования и конкуренции. В состав ЕЭК входит департамент антимонопольного регулирования и развития конкуренции, который напрямую занимается вопросами повышения конкуренции на трансграничных товарных рынках. Трансграничный рынок — рынок, на котором действует экономический субъект этого государства, но его деятельность распространяется на территорию более чем одной страны. Как пояснила начальник отдела правового регулирования и защиты конкуренции ООО «МАЗ-РУС» Нина Богуш, в этом случае участник рынка настолько крупный, что действует на территории не только своего государства, но и других стран, входящих в ЕАЭС. Сегодня ЕЭК накапливает информацию о таких субъектах и таких рынках.

Монополизм — проблема национальная. Бизнес в России интересуют такие аспекты антимонопольного регулирования, как определение рынка в привязке к компании, работающей в сфере IT, отметил партнер московского офиса международной юридической фирмы Dentons Марат Мурадов. В частности, бизнес волнует то, в какой степени правообладатель интеллектуальной собственности может претендовать на статус доминирующего субъекта.

«Национальный белорусский законодатель считает субъектами товаропроводящие сети, дилера, дистрибьютора, сборочное производство и иностранную сетевую торговую организацию, — заявил председатель Международного арбитражного суда при БелТПП Ян Функ. — Но ведь товаропроводящая сеть нужна для маркетинга товара. Не надо путать договор о дилерстве, дистрибуции с договором о продаже товара. Купля-продажа товара — это одно, а дистрибуция — это маркетинг и продвижение товара».

В казахском законодательстве отсутствуют определения дилера и дистрибьютора, однако антимонопольные органы могут заинтересоваться субъектом хозяйствования, если формула, которую он использует для расчета скидок, предоставляемых одному контрагенту, отличается от аналогичной формулы в отношении других клиентов.

Казахстанским компаниям трудно вычислить свою долю на рынке. В стране нет ни одного предприятия, которое способно сделать подобный расчет. Пока бизнес не получит сообщение от антимонопольного органа, он не узнает, что его доля в 20 % на рынке превышена. Кроме того, как выяснилось, законодательство Казахстана создает специальный статус ГЧП: в таком случае классическая ситуация антиконкурентного вертикального соглашения не будет преследоваться антимонопольным органом.

Для белорусского рынка характерны смешение понятий «товар» и «товарный рынок», отсутствие четких критериев определения границ товарного рынка, недостаточная урегулированность вопросов расчета доли субъектов хозяйствования, что часто приводит к несоблюдению теми правил конкурентного поведения, отметила руководитель группы антимонопольного регулирования адвокатского бюро REVERA Екатерина Педо.

Если таможня не дает добро. Большая часть дел, которые сегодня рассматриваются Судом ЕАЭС, связана с таможенным регулированием, заявила советник Суда ЕАЭС Елена Рафалюк. Это обусловлено тем, что таможенное регулирование относится к унифицированному законодательству. Все решения Суда ЕАЭС опубликованы на его официальном сайте. Там же можно найти правовые позиции, сформулированные данной инстанцией и имеющие значение при применении таможенного законодательства.

Однако на самом деле в вопросах применения общего таможенного законодательства стран ЕАЭС есть различия. Например, российские таможенные органы считают, что товар должен маркироваться до его ввоза, а согласно белорусскому и казахстанскому законодательству это можно сделать и после ввоза, но до реализации товара.

Многие помнят недавний случай, когда российские таможенные органы неожиданно перестали принимать сертификаты соответствия государств — членов ЕАЭС, выданные по единой форме. Таможенные органы РФ объяснили свое поведение тем, что сертифицирующие центры стран-участниц не прошли российскую аккредитацию и, соответственно, не могут гарантировать безопасность продукции. Участники форума отметили, что такая позиция российской таможни противоречит законодательству Евразийского экономического союза.

Больная тема в законодательстве Казахстана: таможенные органы не позволяют декларировать товары российского производителя, которые поставляются в Казахстан напрямую из другой страны, например из Китая.

Проблемой является и правообладание товарным знаком. Она непосредственно связана с серым импортом. На рынке есть официальные импортеры, которые завозят товар по схеме «производитель — официальный дистрибьютор — оптовик — клиент», и импортеры, которые ввозят серую продукцию того же качества, выпущенную теми же производителями. Бизнес будет отслеживать касающиеся правообладания товарным знаком изменения в законодательстве, которые обещает Евразийская экономическая комиссия.

 

Материал опубликован в номере 39 газеты "Белорусы и рынок" от 21 октября. Оформить подписку.

Подписка на ЕАЭС + Бизнес + таможня + антимонопольное регулирование + товарные знаки
24 ноября 2017
Его могут сформировать до конца 2019 года.
17 ноября 2017
Беларусь завершила процесс ратификации документа.
14 ноября 2017
В нашу страну приехала большая делегация французских бизнесменов.
14 ноября 2017
Евразийский экономический союз достиг потолка в своем развитии, и сейчас самое время определиться, каким будет его будущее и есть ли оно вообще.
30 октября 2017
Развитию малого и среднего предпринимательства мешают неравные условия для частных и государственных компаний, а также значительная доля госсектора.

Страницы