Июнь 06, 2017
Алесь ГЕРАСИМЕНКО

Волна банкротств прокатилась среди частных компаний пищевой промышленности. Сказались плохой макроэкономический фон и недостаточная конкурентоспособность малого предпринимательства, полагает директор и сопредседатель Бизнес союза предпринимателей и нанимателей имени профессора М. С. Кунявского (БСПН) Жанна ТАРАСЕВИЧ.

— Жанна Казимировна, регулярные сообщения о банкротстве той или иной компании в пищевой промышленности выглядят довольно странно. В данном товарном сегменте вроде бы стабильный спрос (это не инвестиционные товары, потребление которых на время кризиса можно отложить), в стране богатая сырьевая база… Почему же разорение переработчиков приобрело массовый характер?

— Я могу выделить по меньшей мере четыре причины, по которым многие частные компании пищевой промышленности оказались финансово несостоятельными.

Во-первых, в последние годы на внутреннем рынке существенно повысились цены на сельскохозяйственное сырье. Драйвером стал рост закупочных цен в рамках госзаказа. Поскольку в развитие сельхозпроизводства вложены огромные средства, в том числе привлечены значительные кредитные ресурсы, остро стал вопрос окупаемости вложений. Чтобы обеспечить безубыточную работу сельхозпроизводителей, государство было вынуждено повысить закупочные цены, что пошло вразрез с интересами переработчиков, для которых удорожание сырья — прямой рост затрат и давление на конечный финансовый результат.

Во-вторых, активная модернизация основных фондов пищевой промышленности также проводилась в основном с привлечением кредитов, в том числе валютных. После серии скачков девальвации многие закредитованные предприятия стали заложниками жесткой кредитно-денежной политики. Значительно возросшие расходы по обслуживанию долга вогнали компании в убытки.

В-третьих, перманентно растущие тарифы на энергию для пищевых перерабатывающих предприятий, многие из которых весьма энергоемки. Не помогла даже модернизация, повысившая энергоэффективность производств, поскольку удорожание энергии нивелировало ее экономию.

В-четвертых, обострение конкуренции. Предприятия нарастили производственные мощности, на рынке появились новые игроки. Предложение увеличилось, а спрос остался на прежнем уровне и даже снизился на фоне кризисных явлений в экономике. Труднее стало продавать и тем, кто должным образом не изучил рынок сбыта. Стоит признать, что многие частные компании все еще не дорабатывают в маркетинговых исследованиях.

Примечательно, что на этот раз экспорт не стал палочкой-­выручалочкой белорусских компаний.

На основном рынке сбыта, в России, спрос заметно сжался, а конкуренция возросла, поскольку в последние годы наши соседи активно развивали сельхозпроизводство и переработку в пищевом секторе.

Набор вышеуказанных факторов стал критичным для многих компаний, что привело к их банк­ротству и уходу с рынка.

— Банкротства коснулись в основном малых и средних компаний. Является ли данный факт показателем того, что они уступают в конкурентоспособности крупным производствам?

— В наших условиях крупные производители действительно оказались в выигрыше. На рынке появились структуры холдингового типа. Это своего рода современные магнаты, которые вышли на новый уровень переработки. Малым и средним предприятиям трудно конкурировать с ними, в том числе при продвижении продукции через торговые сети, которые выдвигают определенные требования к бонусам, объемам поставок, выкладке товаров.

С одной стороны, мы понимаем, что в идеале в регионах должны развиваться малые перерабатывающие предприятия. Только так многие аграрные районы перестанут быть только поставщиками сырья и смогут формировать у себя больше добавленной стоимости на этапе переработки, привлекать новые инвестиции, создавать рабочие места. С другой — в последние годы в тех же районах ушли в небытие многие перерабатывающие цеха, не выдержавшие конкуренции со стороны крупных комбинатов.

— Среди проблем, ведущих к банкротству, вы не упомянули зарегулированный доступ к сырью. В прежние годы частные переработчики регулярно жаловались на то, что исполкомы в ручном режиме указывают, что и на какие комбинаты нужно поставлять. Подобную практику удалось искоренить?

— Проблема остается, но она уже не так остра, как в прежние годы, и точно не среди основных причин, которые приводят к банкротству предприятий. Госзаказ на поставки сырьевых групп товаров сейчас ниже объемов производства, и аграрии вольны реализовывать излишки продукции тому, кому посчитают нужным.

Если продолжить список причин, которые препятствуют развитию частного бизнеса в пищевой промышленности, то следует упомянуть прежде всего сложное техническое законодательство. Порой даже создание технологически простых производств требует таких затрат, при которых ведение бизнеса становится экономически нецелесообразным.

Теоретически в стране можно массово заниматься замораживанием овощей и плодово-ягодной продукцией, реализовывать ее на внутреннем рынке и на экспорт. Как-то довелось услышать откровение одной из предпринимательниц Копыльского района, которая была готова организовать такое производство — очищать и замораживать картофель, свеклу. Она сказала, что, когда начала считать, во сколько обойдется выполнение технических требований к количеству обустроенных помещений, метражу, толщине стен, числу умывальников и т. п., оказалось, что овощи получатся золотыми. По расчетам предпринимательницы, себестоимость продукции была бы в два раза выше, чем розничная цена аналогичных овощей польского производства на прилавках белорусских магазинов.

Жесткие санитарные и прочие технические требования можно понять, когда речь идет о крупных производствах. Однако примерять те же стандарты к малому и среднему бизнесу — значит с самого начала обрекать предприятия на более высокие удельные расходы на единицу продукции и подрывать их конкурентоспособность по сравнению с крупными компаниями.

Надеемся, новая волна либерализации, принятие обещанного декрета и сопутствующих ему нормативных правовых актов действительно снизят технические барьеры, в том числе в пищевой перерабатывающей промышленности.

 

Материал опубликован в приложении "Пищевая промышленность" к номеру 21 газеты "Белорусы и рынок" от 3.06.2017. Оформить подписку

Подписка на БСПН + пищевая промышленность
21 августа 2017
Темп роста белорусской экономики ускорился, но все еще остается слабым, чтобы заявлять об успехах. Мы вновь «выезжаем» на конъюнктурных факторах.
14 августа 2017
Декрет о либерализации условий хозяйствования должен быть доработан и до 1 октября представлен на подпись президенту. Однако совершенно не факт, что он принесет реальное облегчение бизнесу: содержание последней редакции документа бизнеc-сообществу неизвестно.
07 августа 2017
Бизнес­-союзы требуют прислушаться к их мнению и намерены обратиться в правительство и Администрацию президента.
18 июля 2017
Проект обустройства водного пути Е40 сопряжен с повышенными инвестиционными рисками, а его долгосрочное влияние на экономику Беларуси может быть негативным.
26 июня 2017
​Совместное письмо с таким призывом в Администрацию президента направили Белорусский союз предпринимателей, Бизнес союз предпринимателей и нанимателей имени профессора М. С. Кунявского и Минский столичный союз предпринимателей и работодателей.
17 июня 2017
Бизнес-­союзы против, так как считают это попыткой установить тотальный контроль.

Страницы