Октябрь 24, 2017
Алесь ГЕРАСИМЕНКО

Более-­менее устойчиво в стране развивается только микро­ и малый бизнес, тогда как средние и крупные предприятия в основном стагнируют. Такую оценку условиям хозяйствования в интервью «БР» дал почетный председатель БСПН им. Кунявского Георгий БАДЕЙ.

— В последние годы официальная статистика фиксирует относительно устойчивый рост количества микроорганизаций с численностью работающих до 15 человек. Доля таких субъектов хозяйствования в секторе малого и среднего предпринимательства составляет около 85 %. А вот количество средних, а также крупных компаний снижается.

Относительно уверенно белорусский бизнес чувствует себя только в секторах, в которых капитал оборачивается быстро — в течение месяца-двух. Это торговля и услуги. Как раз здесь сосредоточен в основном микробизнес. Куда хуже обстоят дела там, где капитал оборачивается за полгода-год и более: в промышленности, строительстве, сельском хозяйстве, то есть в отраслях, в которых работают средние и крупные предприятия.

— Георгий Петрович, в последние годы принято немало документов, направленных на улучшение условий для ведения бизнеса, что признают и международные институты. В том числе по этой причине Беларусь значительно улучшила свои позиции в рейтинге Всемирного банка Doing Business. Почему же нет должного эффекта?

— Мы вынуждены констатировать, что, несмотря на определенные меры, принятые государством для улучшения условий хозяйствования в стране, устойчивого результата пока не достигнуто. По сути, заметно упростился только вход в бизнес, но не созданы явные предпосылки для развития и роста компаний: из малых — в средние, из средних — в крупные.

На наш взгляд, это связано с тем, что меры либерализации, в том числе принятие нынешней осенью очередного пакета нормативных актов, касались в основном упрощения отдельных процедур, тогда как для состоявшегося бизнеса куда важнее финансовые вопросы: уплата налогов, погашение кредитов, выплата заработной платы, возврат долгов и проч.

Наш союз проанализировал макростатистику и пришел к выводу, что в первом полугодии 2017 года суммарные расходы белорусских предприятий на оплату труда, включая отчисления на социальные нужды, уплату налогов, амортизационные отчисления, выплату кредитов и займов, достигли 51,8 млрд руб. При этом совокупная валовая добавленная стоимость в целом по экономике составила 40,5 млрд руб. и оказалась заметно меньше расходов предприятий.

Нестыковку дебета с кредитом бизнес восполняет за счет роста кредиторской задолженности. Однако следует заметить, что масштабы задолженности стано­вятся все более угрожающими как для должников, так и для кредиторов. На 1 июля суммарная задолженность субъектов хозяйствования составила 104 млрд руб. По сравнению с началом года она увеличилась на 5,1 млрд руб., или на 5,1 %. В том числе долги по кредитам и зай­мам коммерческих банков составили 62,1 млрд руб., прибавив 2,8 млрд руб., или 4,7 %. Не будучи в состоянии рассчитаться по накоп­ленным долгам, многие предприятия живут только за счет привлечения новых кредитов.

— Как представляют себе решение проблемы эксперты БСПН?

— Прежде всего следует ослабить проблему долгов: без этого мы не сможем оздоровить экономику в ближайшей перспективе. На наш взгляд, следует смелее использовать досудебные механизмы, санацию и прочие виды временного замораживания выплаты долгов. Да, в этом деле надо быть осторожными, так как палка о двух концах и вторая сторона — это кредиторы, интересы которых не должны фатально пострадать.

Вместе с тем следует отметить, что значительная часть долгов формируется за счет штрафных санкций по просроченным платежам за энергию, в бюджет, и вот здесь государству следовало бы ослабить хватку в первую очередь. Я не говорю, что надо всем простить долги, но во многих случаях подход мог бы быть более адекватным. Возмущает ситуация, когда предприятие должно уплачивать штраф за то, что по предоплате не рассчиталось за энергию. Невозможно согласиться и с авансовой уплатой некоторых налогов. Отгрузил продукцию, оказал услуги — и сразу рассчитайся с бюджетом.

Напомню, большинство товаров и услуг оплачивается контрагентами не по предоплате, а с отсрочкой, причем зачастую на несколько месяцев. Работая в условиях дефицита оборотных средств, предприятия вынуждены кредитоваться, что вызывает рост реальной налоговой нагрузки, ведь к сумме налогов приходится добавлять проценты по кредитам. Например, если предприятие взяло кредит по ставке 1 % в месяц, чтобы уплатить налог авансом, а расчет по сделке осуществляется через три месяца, то это равносильно увеличению ставки налога на три процентных пункта.

Пока в части финансового оздоровления реального сектора экономики можно отметить только подвижки в денежно-кредитной политике. Снижение ставки рефинансирования действительно сделало банковское кредитование более доступным. А вот фискальная политика, принципы уплаты налогов практически не изменились. В том числе по этой причине поступающие в экономику кредиты направляются не на развитие, не инвестируются в основные фонды, а в значительной степени проедаются.

Второй принципиальный момент — стоимость налогового администрирования. У нас она все еще остается высокой, а некоторые инициативы госорганов с пугающей регулярностью грозят еще больше усилить эту составляющую финан­сового бремени. Фискальные органы норовят переложить часть своих функций по контролю за своевременной и полной уплатой налогов на бизнес — в виде использования определенного программного обеспечения. При этом никто особо не задумывается, а в какие затраты это выльется для бизнеса.

Показательным было выступление одного чиновника на организованном союзом круглом столе по имущественным налогам. Спикер рассказал о планах в качестве эксперимента перейти на уплату налогов с рыночной стоимости недвижимости. При этом на вопрос «А считали ли авторы эксперимента, во сколько он обойдется субъектам хозяйствования?» был получен откровенный ответ: об этом налоговики не задумывались. В МНС траты на администрирование не считают увеличением налоговой нагрузки, а рассматривают как внутренние расходы предприятий, но ведь компаниям от этого не легче.

— Георгий Петрович, то, о чем вы сейчас говорите, не ново. БСПН поднимает эти проблемы на протяжении долгих лет. Так почему же они решаются с таким трудом?

— Думаю, наши фискальные органы до сих пор не осознали, что их задача — не только наполнять бюджет, но и создавать благоприятные условия для ведения бизнеса. Нельзя бесконечно доить предприятия. Большой вопрос вызывает тот факт, что налоговую политику в нашей стране определяет не Министерство экономики как госорган, отвечающий за развитие, а МНС и Минфин, которые следовало бы отнести, скорее, к техническим министерствам, задача которых — обеспечить перераспределение средств через бюджет.

Если же брать более широко, то проблема, на мой взгляд, в том, что наше правительство по-прежнему сосредоточено на решении преимущественно неких краткосрочных задач, а не на достижении устойчивого и долгосрочного развития. Это стратегия временщиков.

После того как проект изменений в Налоговый кодекс на 2018 год проигнорировал ключевые инициативы деловой общественности, мы вновь направили в органы госуправления свои предложения о проведении налоговой реформы. К сожалению, как следует из ответного письма МНС, большинство наших предложений вновь не поддержаны и лишь некоторые взяты на изучение.

Раз уж наши чиновники не хотят слышать местных экспертов, мы делаем вывод, что к обсуждению проблемы следует привлечь международные институты. В ближайшее время мы намерены продолжить обсуждение темы с их участием.

Подписка на налоги + БСПН + Бадей + Бизнес
18 ноября 2017
Правда, пока речь идет о сделках между взаимозависимыми лицами. Тем не менее новации могут сильно усложнить жизнь бизнесу, заявляют эксперты.
17 ноября 2017
Министерство по налогам и сборам получило новые полномочия.
16 ноября 2017
Она будет работать в рамках реализации указа №376 от 16 октября.
14 ноября 2017
В нашу страну приехала большая делегация французских бизнесменов.
14 ноября 2017
Его должны 2,77 млн. граждан и резидентов Беларуси.
02 ноября 2017
Обязательство нерезидентов по уплате НДС на реализацию электронных товаров и услуг в Беларуси вступает в силу с 1 января 2018 года.

Страницы